Янка удивленно уставилась на вахибея.
— Хочешь сказать, что ты понял?
— А что там понимать? Потаенное слово Аб-Хаззи раскрывает шрифт второго наяка, а ваша электроника, пожалуй, и на пятый не потянет. Так, что… Хотя, одна вещь меня впечатлила — электричество. Убойная штука. Но, как я понял, энерго и финансовые затраты на это электричество слишком велики.
Янка внимательно пригляделась к вахибею, на секунду задумалась, и спросила:
— То есть, при желании, ты сможешь разобраться и в механике и в электронике?
— Девонька, конечно. Не велика загадка. И ты научишься, если возьмешься за ум.
— Так, учи, — буркнула девчонка, и тихо добавила. — Пока еще какая-нибудь зараза не появилась на мою седую голову.
Глава 8
В комнате, Янка села за компьютерный стол, вахибей, как обычно, примостился на полке.
— Ну, что, начнем, бери учебник.
Девчонка косо посмотрела на Мурзу.
— Какой еще учебник?
— Обыкновенный. У тебя их много. Вот, рядом с тобой лежит. Что там написано?
— Физика, одиннадцатый класс. Мурза, это шутка?
— А ты возьми его, девонька, ручки-то не отвалятся.
Чувствуя подвох, Янка осторожно взяла учебник.
— Что за приколы?
— Открывай. Физика, метафизика, взаимосвязи и антагонизмы магических полюсов. Нам все пригодится.
Девчонка нахмурилась, открыла первую страницу …
Замерла и ахнула…
Первую страничку занимал обширный рисунок, схожий с тибетской мандалой или старинной картой. Рисунок вился узором — упорядоченным, выстроенным определенным образом. Но в движении меняющий цвета, оттенки, набирающий густоту и истончающийся.
— Закрой глаза и читай с центра. Пальчиками читай, пальчиками.
Янка закрыла глаза и аккуратно положила пальцы в центр картинки. В первую секунду показалось, что контуры рисунка объемны. Но нет. Лист был однородным, хотя и шершавым. Пальцы — ее пальцы чувствовала линии, движение чудесного узора. А потом появился смысл!
Понимание магического письма доходило как откровение — и простое и сложное одновременно. Оно накатывало волной, или наоборот, пряталось, выстраивалось в громоздкую конструкцию. Но через какое-то время раскрывалось.
Пальцы начали двигаться уверенно, уловив, в каком порядке следует идти по магической схеме, что изучить вначале, и какой будет следующий шаг. Или дело не впальцах? Скорее всего, они выступили в роли приемника, передающего информацию.
Янка вдруг почувствовала головокружение, и тут же раздался ворчливый голос:
— Ладно-ладно, на сегодня хватит.
Девчонка с сожалением оторвала пальцы от рисунка и открыла глаза.
— О! — Изумленно воскликнула она, поднимаясь со стула.
Вахибей сегодня фонтанировал чудесами. Напротив нее, во всю стену выстроились полки с книгами. Высокое, от пола, окно открывало вид на дворцовую площадь. Сразу за ней виднелись башни с причудливыми крышами и величественные здания, образующие комплекс. Посреди площади били фонтаны, а рядом прогуливались люди в необычных одеждах.
Янка оторвала взгляд от окна и повернула голову. На низком диванчике, утопая в шелковых подушках, развалился господин. Именно так — господин! Не меньше! В атласном одеянии, расшитом райскими птицами, с золотыми застежками у воротника. С узкой бородкой и тонкими усиками. Голову прикрывал темный платок, поверх которой была нахлобучена маленькая шапочка, напоминающая узбекскую тюбетейку. Да, господин на диванчике мог произвести впечатление. Если бы не одно но.
Пусть не по законами физики, но уж точно по законам метафизики, Янка видела перед собой привидение. Полупрозрачное, эфемерное, лишенное плоти.
— Мурза?! — Ошарашено округлила глазами девушка.
— Да, девонька, вахибей Мурза, придворный активиозиус второго наяка. Как тебе мое жилище?
— Мы где? — прошептала она.
Комната была большой, с дорогой мебелью, стенами, уложенными изразцами, мраморным мозаичным полом.
— Ты у меня в гостях.
Янка тряхнула головой. Это было слишком неправдоподобно.
— То есть… В твоем мире?
— О, нет. Хотя, отчасти, да… Как посмотреть.
С площади доносились голоса. Янка видела лица людей, детали их одежды, сверкающие на солнце брызги фонтанов.
— Глюк, — прошептала она и резко повернула голову. — Как?
— Охо-хо, — вахибей встал с диванчика и проплыл над полом. Он был невысок, можно даже сказать малорослик, но с острым надменным взглядом человека, привыкшего к уважительному обращению. Мурза подплыл к окну.
— Я тоже скучаю по дому, ты не находишь, что это нормально? Тем более, что ты так внезапно призвала меня печатью Старшего, — вахибей сердито сверкнул глазами.
— Старшего? — Девушка нахмурилась. — Значит, эта волшебница…
— Эфтиза, девонька. Ее зовут Эфтиза, — Мурза глубоко вздохнул и хмуро уставился в окно. — Опальная, отвергнутая, в бегах. Бывшая первая жрица-юффия Высшего Совета Геозиса — верховного органа власти Эх-Галии. Но от факта изгнания, не потерявшая свою силу. Первый наяк. Если бы я ее ослушался — ее печать меня бы распылила.
Янка кивнула и тихо сказала:
— Извини, я же не знала.
— О! Зачем извиняешься? Я — активиозиус, распознаватель талантов и учитель. Это моя стезя.
— Активиозиус — активизирующий, включающий.
— Молодец, правильно перевела, — усмехнулся Мурза. Он горделиво вскинул подбородок. — Один из лучших среди учителей храма Геозиса.
— Но ты… — Янка замялась.
— Призрак? Да. И что? В нашем мире это не возбраняется. Правильное управление магическими флюидами — и я полноценный волшебник.
— А этот мир за окном? Он реальный?
— Да, для меня. Я хоть сейчас могу прогуляться по дворцовой площади. Правда, недолго — печать Эфтизы выкинет меня назад. А вот для тебя вид из окна — телевизор, не более. Навряд ли ты когда-нибудь сможешь сюда попасть, как и кто-то из моего мира в твой.
— Почему?
Вахибей вздохнул, задумался, пожал плечами.
— Физика, знаешь ли, отличается от метафизики. Разные мы. За эти несколько дней я пригляделся к вашему миру и заметил существенные различия между двумя мирами.
— Понятно.
— Ладно, возвращайся, а я еще немного побуду здесь.
— А урок? — Янка посмотрела на учебник, который она продолжала держать в руках. Не современное издание ее мира, а тяжелый фолиант, обтянутый темной кожей.
— Ты намерена выучить все законы физики за один день? — Язвительно усмехнулся он. — На сегодня хватит. — И дотронулся полупрозрачной ладонью до книги.
Встряхнуло так, что казалось, подпрыгнул пол. Янку качнуло в стороны, в глазах пробежала густая рябь. Схватившись за компьютерный стол, она едва удержаласьот падения, но учебник по физике за одиннадцатый класс все же выронила, и он больно ударил по ноге.
— Е-мое.
Подняв книгу, огляделась. За окном уже сгустились сумерки. И только тут она вспомнила о Лизке. Янка схватила телефон.
— Ну, конечно!
Пять пропущенных звонков — подруга ее сгрызет. Стоило об этом подумать, как раздался шестой.
— Ты где? Ты что, в пространстве растворилась?
— Примерно так, — буркнула Янка. — Спала я.
— Ок, давай, через два часа.
— Ок.
В прихожей, у входной двери висело зеркало. Янка приблизила к нему лицо. В глубине больших серых глаз плескались бирюзовые блики. Девушка прикрыла веки. Вновь открыла — блики исчезли. Так-то лучше, незачем сверкать ими перед потенциальными друзьями-врагами и прочими соратниками, которые держат кирпич за пазухой или кинжал за поясом.
Кстати, о кинжалах. Еще там, в шикарных апартаментах вахибея, после урока по метафизике — так она определила для себя обучение по волшебной книге, Янка заметила нечто новое. Под кожей, на ладони прочертился знак — скрещенные пять клинков или стилетов, или просто ножей. Она не сильно в этом разбиралась. Острие каждого клинка смотрело на определенный палец.