Ей было все равно. Она знала, что спасение там. Добраться бы. Только бы успеть. Дыхание от тяжести сына и мороза срывалось на хрип. Легкие жгло огнем. Но останавливаться нельзя. Вода слишком быстро выходила из берегов реки и поднималась все выше. Разум уже не кричал, он вопил, что нужно назад, за стадом. Но Марина упрямо переставляла ноги туда, где по ее мнению сейчас было безопаснее всего.
Матвей что-то ворчал, но послушно бежал за ней. Он и сам не понимал, почему именно сейчас он верит матери. Ему было страшно до стука зубов. Но по-мальчишечьи хорохорясь перед самим собой, твердил: «Просто замерз».
Марина не чувствуя уже ни рук, ни ног свернула, наконец, правее и помчалась в гору. Краем глаза она заметила тропинку, похожую на ту, что видела в своем видении. И бросилась туда. Матвей отставал. Посадив малыша на землю, кинулась назад.
— Давай же… — резкая попытка вдоха, обжигающего грудь изнутри, — сыночка. — снова тяжелый вдох, — Еще… немного и… мы …будем… в безопасности.
Тяжело выдавливая слова, она вцепилась в мальчишку и чуть не волоком тащила его вверх по тропинке. Малыш уже встал и рыдая шел обратно в сторону матери. Добежав до него, женщина подхватила кроху на руки. Слезы рекой катились от бессилия.
— Что же ты, маленький. Мама рядом. Здесь. Все хорошо, — шептала она через силу. Голос окончательно пропал. А горло раздирали тысячи ледяных осколков.
Спотыкаясь, падая и снова вставая, она тащила детей вверх. За спиной уже слышался рев воды. Плотина, сдерживающая эмоции тоже прорвалась. Паника захлестывала, с остервенением раздирая ее мысли. Хотелось кричать и выть от осознания, что все усилия напрасны. Им не выжить. Слишком быстро. Слишком быстро поднималась вода. Но мысль о детях не давала права сдаться. Женщина титаническим усилием воли передвигала ноги.
Лишь раз она оглянулась назад. Лишь раз поддалась ужасу от несущейся на них снизу ледяной пены, несущей за собой вырванные с корнем деревья, камни, мусор павшей цивилизации. Но еще теплое дыхание малыша, ткнувшегося носиком ей в щеку, вывело из ступора и заставило вновь включиться в соревнование с обезумевшей стихией. И она не могла проиграть.
В глазах появились золотые мушки. Еще чуть-чуть и она потеряет сознание. Нужен отдых, на который времени не было совсем. Вода уже клокотала в паре метров от них. Мгновение. И она уже лизнула сапоги людей. Марина уже не понимала, что делает. Тело стало марионеткой разума и переключилось в автономный режим.
А потом пришла странная мысль. Она представила себя мужчиной. Буквально почувствовав, как ноги становятся толще, массивнее, сильнее. Широкие ладони рук лучше обхватывали ребенка, не позволяя соскальзывать вниз. Эмоции ушли, уступив место четким, рациональным мыслям. Отключилась женская истерика и активно заработало стратегическое мышление. Шаг ускорился. Ни одного лишнего движения. Подхватив старшего сына и, перекинув через плечо, она размашистым, широким шагом стала подниматься вверх. Позже она задумается об этом странном перевоплощении. Но сейчас все лишние мысли отсекались мгновенно.
Полчаса спустя Марина почувствовала стук по спине. Это Матвей кулачком бил ниже лопаток.
— Мама, стой! Да стой же уже. Посмотри.
Она остановилась. Поставила сына на ноги. Оглянулась назад. Вода остановилась. Они были спасены. Но промокшие ноги быстро дали о себе знать. Нужно было найти убежище, где они могли бы согреться и просушить одежду.
Наваждение пропало. Она снова была в своем женском теле. И дикая усталость, накатившая на Марину, поставила ее на колени. Она тихо покачивала маленького, который уже давно подозрительно притих. Лишь слабое дыхание, холодившее ее щеку, давало покой материнскому сердцу. Матвей повалился рядом.
Женщина понимала, что нужно идти. Нельзя вот так оставаться на морозе. Сгустившаяся темнота тоже пугала. Но ничего поделать с собой не могла. Сил больше не было.
Глава 4. Инициация в мужчины
Золотой песок. Волны прибоя. Закат, окрасивший горизонт. Это был первый ее отпуск с мужем и детьми с тех пор, как родился первый ребенок. Она блаженно жмурилась от неги и истомы, что мягко разливалась по всему телу от дуновения теплого ветерка. Дети мирно играли рядом, строя крепости из песка и ракушек. Муж ушел за коктейлями.