— Ты в своём уме? — бросила Алиса, подходя вплотную. Её голос был тихим, но стальным. — Или ты только на девочках умеешь самоутверждаться?
Артём медленно выпрямился. Его взгляд скользнул по новой жертве с тем же хищным, оценивающим интересом.
— О, заступница нарисовалась. Я и думал, когда ты покажешь зубки. Матвей в курсе, что ты его место заняла? Или вы теперь вдвоём делите трон? — Он кивнул на Лизу, которая сидела, вжавшись в стену.
— Не смей так с ней говорить, — тихо, но очень чётко сказала Алиса. — Ни со мной, ни с ней.
— Ты чего, приревновала? — Артём сделал шаг вперёд, сокращая дистанцию до нуля. Его дыхание пахло мятной жвачкой и адреналином. — Или тебе тоже хочется немного грубости? Я умею быть разным. Можешь проверить, если уж защищаешь её так отчаянно. Хотя, может, вы вдвоём?
Лиза вскрикнула, рывком поднялась и попыталась уйти, но он снова, почти небрежно, перегородил ей путь.
— Ну-ну, не спеши. Мы же просто разговариваем, да? Я ведь даже не прикоснулся… пока.
Алиса сжала кулаки. Её лицо побелело.
— Убери от неё руки. Немедленно.
Конец воспоминания
Лиза вздрогнула, вынырнув из воспоминания. Она сидела в своей комнате, в безопасности, но по спине у неё ползли ледяные мурашки. Она обхватила себя руками, пытаясь согреться.
— Он тогда был главным, — прошептала она, возвращаясь к рассказу, но уже без сил. — А я была для всех лузером, серой мышкой. И сейчас, видимо, он просто решил, что ничего не изменилось. Что всё можно начать с того же места.
Она не плакала. Её голос был ровным, почти бесстрастным, ледяным. И от этого спокойствия становилось ещё страшнее.
Катя слушала. Всё её обычная бравада, её уверенность, её готовность тут же броситься в бой — всё это медленно уходило, сменяясь осознанием масштаба проблемы. Это был не просто конфликт с зазнавшимся мажором. Это была старая, глубокая, отравляющая всё травма. Война, которая шла годами, и её подруга всё это время проигрывала в одиночку.
Она молча встала, обняла Лизу за плечи и притянула к себе. Лиза сначала напряглась, её тело стало деревянным, а потом обмякла, позволив себя обнять.
— Ясно, — тихо сказала Катя, глядя куда-то поверх головы подруги. Её голос был твёрдым. — Просто мудак тогда. Обыкновенный, патологический мудак.
Она помолчала, крепче сжимая плечи Лизы.
— Но мы ему этого так не оставим. Я не знаю пока как, но… мы не оставим.
И впервые за весь вечер Лиза почувствовала, как что-то тяжёлое и тёмное внутри нее чуть-чуть сдвинулось с места. Она была не одна. Наконец кто-то знал всю правду и был на ее стороне.
Это было мало. Но это было что-то.
Если вам понравилась глава, не забудьте подписаться и отметить роман звездочкой ⭐. Ваша поддержка вдохновляет меня писать быстрее и делиться с вами продолжением!
Глава 15
Лаундж-бар «Эклипс» был одним из тех мест, где ночь стоила дороже, чем иная месячная зарплата. Воздух здесь был густым и сладким, пропитанным ароматами дорогих духов, выдержанного виски и сигарного дыма. Со стен, отделанных тёмным бархатом, на посетителей взирали абстрактные полотна, подсвеченные точечными светильниками. Глубокий, вибрирующий бас электронной музыки не оглушал, а будто обволакивал, создавая иллюзию приватности при полном помещении. Здесь всё было продумано для того, чтобы состоятельные гости чувствовали себя избранными, особенными, отгороженными от банальной реальности за тяжелыми дверями.
Лучший стол, в глубине зала, на низких платформах с мягкими диванами, занимала их компания. Бутылки шотландского виски и французского шампанского стояли в вёдрах со льдом, словно самые обыденные вещи. Девушки, окружавшие стол, были прекрасны, как отборные цветы — ухоженные, стильные, с идеальными улыбками и томными взглядами, скользившими по Артёму с особым, заинтересованным вниманием. Макс что-то громко рассказывал, размахивая руками, Вадим подобострастно смеялся, подливая ему и себе выпивку. Казалось, идиллическая картина богатой, беззаботной молодости.
Но один элемент выбивался из этой гармонии.
Артём сидел, откинувшись на спинку дивана, почти неподвижно. Перед ним стоял полный стакан виски, лёд в котором уже почти растаял, но он к нему не прикасался. Его поза была расслабленной, но в этой расслабленности чувствовалась не отдыхающая усталость, а глухое, напряжённое отчуждение. Он не смотрел на окружающих. Его взгляд был устремлён в экран смартфона, который он держал в руке.