— Почему именно каменная статуя? Что это за сила, что заставила тебя заморозить себя?
Ведьма мягко улыбнулась, и её голос стал чуть тише, наполненным грустью:
— Трещина разрывает ткань миров, и её тьма пожирает всё живое. Этот облик — защита и укрытие, чтобы сохранить силу и ждать тех, кто поможет остановить бедствие.
Кайлен нахмурился, скрестив руки:
— Значит, трещина — не просто разлом, а знак приближающейся угрозы?
— Именно так, — кивнула она. — Моя задача — помочь вам понять, как бороться с этой силой, но для начала я должна была выжить.
Эсмира подошла ближе, её голос был полон уважения:
— Что нам теперь делать? Как остановить эту угрозу?
Ведьма глубоко вздохнула:
— Нужно объединить силы и разгадать тайны трещины, иначе тьма поглотит всё. Но вы должны знать, как это всё произошло.
Мы молча слушали, осознавая всю серьёзность её слов.
Я осторожно сделала шаг назад и тихо сказала:
— Нам нужно обсудить это между собой. Пожалуйста, подождите немного.
Всё тактично отступили в сторону, чтобы дать себе немного пространства.
Эсмира с сомнением посмотрела на меня и тихо произнесла:
— Многие ведьмы умеют искусно обманывать. Часто всё делают в свою пользу, скрывая истинные намерения.
Арион хмыкнул, устало скрестив руки:
— Если судить по той ситуации, в которой мы оказались, — у нас нет выбора. Правила и схема уже предопределили наши шаги. Порой приходится действовать, даже не зная всей правды.
Кайлен нахмурился, глядя куда-то в сторону, и пробормотал:
— Меня это не устраивает. Всегда есть скрытые мотивы. Никому нельзя слепо доверять.
Рейвен, заметив напряжённость, тихо поддержала Ариона:
— Арион прав. Иногда решающим становится именно выбор идти вперёд, а не стоять на месте.
Я посмотрела на всех и сказала:
— У нас действительно нет выхода. Возможно, стоит поверить ведьме и её словам. Но одновременно не стоит забывать и о предостережениях Эсмиры.
Наступила пауза, и в воздухе повисла тяжёлая неопределённость.
— Значит, — медленно проговорил Арион — нам придётся балансировать между доверием и осторожностью. И именно это — наш путь вперёд.
Все кивнули, осознавая, что выбор сделан, и назад пути нет.
Мы собрали круг, и тишина висела между нами, словно плотная ткань, которую надо было разрезать. Я посмотрела на ведьму — она стояла спокойно, словно знала: решение принято.
— Тогда расскажи нам, — наконец сказала я, — как всё началось? Что именно вызвало эту трещину?
Ведьма глубоко вздохнула, словно собираясь с силами, и начала говорить ровным, спокойным голосом:
— То, что вы видите сейчас — лишь верхушка айсберга. За всем этим стоит существо, которое никто из вас не знает и не может себе представить. Его имя — Фрактал.
Мы все переглянулись, пытаясь понять, что же скрывается за таким загадочным словом.
— Фрактал — это нечто иное, — продолжила она, — существо без чёткой формы, возраста или размера. Оно одновременно было и частью всего, и всем целым. Фрактал удерживал все миры в состоянии разделённости, не давая им слиться в одно.
— То есть он был… своего рода балансом? — спросил Арион.
— Верно, — кивнула ведьма. — Фрактал держал границы между мирами, создавая пространство и порядок. Но кто-то разрушил Фрактал. Его части разлетелись по вселенной, и теперь эти осколки — ядра разрушения и хаоса.
— Это те самые трещины, — добавила Эсмира, — что мы видели на небе? Порталы между мирами?
— Именно, — подтвердила ведьма. — Каждая трещина — это пробой в ткани реальности, через который проникает тьма и разруха. Пока части Фрактала не собраны снова, эти разломы будут появляться всё чаще и шире.
Оно держало все миры в себе, не давая им соединиться в одно целое. Но теперь Фрактал разрушен, и его части — осколки — разбросаны по всей вселенной.
Каждый осколок в определённом мире превратился во что-то своё. Я узнала только одно: во вселенной Кальдримора один из осколков стал сердцем детёныша дракона.
Рейвен кивнул и добавил с тенью тревоги в голосе:
— У драконов — высший ранг. Это… верная смерть для того, кто столкнётся с таким созданием.
— Из-за разбросанных осколков и образуются эти трещины — порталы между измерениями, — продолжила ведьма. — Пока их не собрать воедино, такие разломы будут появляться всё чаще и чаще, угрожая разрушить все миры.
— И ещё одно, — добавила она с мрачной серьёзностью. — Те, кто попадают в нейтральное пространство между мирами, как мы, рискуют остаться здесь навечно. Это ловушка для заблудших душ.
Между нами воцарилась тяжёлая тишина.
Эсмира сжала кулаки, глядя в пол: