Эсмира пожала плечами и с ноткой иронии добавила:
— Ну что ж, теперь у нас есть защитник, который не горит. Можно сказать, нам повезло.
Рейвен улыбнулся:
— Пока он с нами, у врагов шансов немного.
Я слегка улыбнулась в ответ, чувствуя, что между нами начинает расти доверие.
Мы двинулись дальше, держась ближе друг к другу. Улицы Синтегры были пусты, но это не приносило спокойствия — наоборот, казалось, что невидимые глаза следят за каждым нашим шагом.
Где-то высоко, на одном из металлических шпилей, замигал красный индикатор. Я невольно подняла голову, и по спине пробежал холод.
— Камеры, — тихо произнёс Арион. — Они уже нас заметили.
— И что это значит? — спросила Эсмира, едва заметно напрягшись.
— Что у нас осталось немного времени, пока сюда не пришлют "корректоров", — ответил он ровно, но в голосе звенела тревога.
Кайлен усмехнулся, но взгляд его стал жёстким:
— Пусть попробуют.
— Не недооценивай их, — резко бросил Арион. — Это не солдаты. Это машины, которые не знают страха и не делают ошибок.
Мы ускорили шаг, стараясь не издавать лишнего шума. Камень в моей руке всё ещё светился мягким фиолетовым светом, но теперь его сияние казалось почти вызывающим — как маяк в тьме, который мог привести нас к ответам… или к погибели.
— Нам нужно скрыться в узлах нижнего уровня, — сказал Арион. — Там система видит хуже.
— И там, я так понимаю, живут те, кто не вписался в ваши правила? — уточнил Рейвен.
— Те, кто выжил, — коротко ответил Арион.
Мы свернули в узкий переулок, стены которого были увешаны кабелями и трубами, из которых шёл пар. В воздухе стоял запах озона и металла. Где-то впереди послышался отдалённый, ритмичный шум — как шаги, но слишком ровные, чтобы быть человеческими.
Я обменялась тревожным взглядом с Эсмирой.
— Арион… — начала я.
— Знаю, — перебил он. — Они уже идут.
Он резко развернулся, уводя нас обратно, по тому же узкому переулку, но теперь шаг его был быстрым и почти беззвучным. Мы выскочили на верхний уровень, и воздух тут был другим — суше, чище, но от этого не менее опасным.
Металлические мостки гулко отзывались под ногами, и где-то далеко внизу мерцали неоновые огни нижних слоёв города. Здесь, наверху, было пусто, слишком пусто, словно весь этот сектор вымер.
— Быстрее, — бросил Арион, даже не оборачиваясь.
— Мой дом рядом. Там мы сможем хотя бы на время укрыться.
Мы бежали за ним, петляя по узким коридорам и переходам. Наконец он остановился перед невзрачной дверью из матового металла. Пальцы его пробежали по сенсорной панели, и та с лёгким щелчком открылась.
— Закрывайте за собой дверь, — бросил Арион, и дверь за нашими спинами тихо щёлкнула замком.
Дом Ариона тянулся вверх, как небоскрёб, но внутри казался совсем другим. Белые стены, белая мебель, даже ковры — всё сливалось в один холодный, выверенный идеал. Ничего лишнего, каждая вещь стояла там, где её поставили, и, казалось, не смела сдвинуться ни на миллиметр.
Окна занимали почти всю стену. Мы с Рейвеном подошли ближе, и снизу город тянулся, как карта, усеянная огнями. Холодный свет ложился на наши лица, но мы не успели толком рассмотреть вид — Арион резко сорвался с места.
— Не стойте там! — в его голосе прозвучала паника.
Он рванул шнур, и жалюзи с глухим шорохом опустились, отрезая нас от ночного города.
Кайлен, скрестив руки, чуть наклонил голову и смерил нас насмешливым взглядом:
— Ну вы молодцы… Ещё секунда, и из-за вашей тупости нас бы уже складывали в мешки.
Я заметила, как у него в глазах мелькнуло раздражение, хотя губы растянулись в холодной усмешке.
Эсмира, не сводя с него взгляда, медленно проговорила:
— Похоже, кто-то боится.
Кайлен усмехнулся шире, но в этой улыбке не было тепла — только злость.
— Боится? — он тихо фыркнул. — Нет, милая, я просто не люблю, когда идиоты лезут под прицел и потом удивляются, что им в голову прилетает.
Он произнёс это тоном, в котором сочилась язвительность, а в глазах светился холодный гнев.
Я почувствовала, как во мне вскипает злость.
— Знаешь, Кайлен, — медленно произнесла я, — ты бы хоть раз подумал, что язык можно прикусить, прежде чем вываливать весь свой яд.
— Язык я прикусываю, когда это стоит того, — он шагнул ближе, его голос стал ниже, почти рычанием.
— Но я же говорил в самом начале: слабачки нам не нужны. И вот, пожалуйста, доказательство.
— Слабачки? — я едва не рассмеялась, но смех вышел колким. — Если бы не я, ты бы уже валялся в пыли и глотал собственную кровь.
Кайлен усмехнулся, но уголки его губ дрогнули, выдавая, что я задела его.
— Большие слова для той, кто чуть не загубила нас всех за одну ночь.