Кайлен оказался рядом мгновенно. Он встал за спиной, обхватил меня за плечи и тихо, почти у самого уха, прошептал:
— Тише, катастрофа. Успокойся.
И в этот момент я поняла — в его голосе было не просто беспокойство. Там было что-то ещё. Что-то, что заставило моё сердце пропустить удар.
Я на минуту замолчала, чувствуя, как сердце гулко бьётся в груди. Что я сделала не так? Почему её голос звучал так… осуждающе? Но вдруг она заговорила снова — спокойно, но с твердостью, от которой холод пробежал по коже:
— Ты не знаешь своего происхождения. Не знаешь, кто ты такая.
Её слова будто вонзились внутрь. Я застыла, не понимая — как это не знаю? Конечно, я знаю, кто я… или нет? Мгновение сомнения больно кольнуло где-то под рёбрами.
Она перевела взгляд на остальных, будто мне уже не стоило ничего объяснять.
— Вижу, вы пришли за частью фрактала, — сказала она спокойно. — И вы уверены, что он у меня?
— Да, — протянул Рейвен, пытаясь звучать уверенно. — Если он действительно у вас, то…
— Здесь самое безопасное место для осколка, — перебил его Кайлен, голос стал твёрдым, холодным, но сдержанным. — Я уверен, что он у вас. И если вы отдадите его нам, мы уйдём без лишнего шума… и будем вам крайне признательны.
Женщина чуть приподняла бровь, глядя на него, и в уголках её губ мелькнула тень усмешки — не добрая, но и не враждебная.
— Благодарность вампира, — произнесла она тихо, — вещь редкая и опасная.
И в этот момент воздух вокруг словно стал плотнее, будто весь сад затаил дыхание, ожидая её ответа.
Я приму твою благодарность, — спокойно произнесла она, — но этого мало. Мне нужна не просто вежливость, а твоя искренность и честность, — она посмотрела прямо на Кайлена, и от её взгляда воздух будто стал тяжелее.
— Что? — нахмурился он, не понимая, о чём речь.
— А вот сейчас и проверим, — сказала она холодно, и в тот же миг лианы, что оплетали трон, зашевелились. Из земли вырвались новые, словно живые, и обвили меня и Дафну. Я не успела даже вскрикнуть — они сжались вокруг нас, не давая дышать.
— Миледи… что вы… делаете, — еле прошептала Дафна, пытаясь освободиться, но лианы сжимались всё сильнее.
— Отпусти их! — закричала Эсмира, делая шаг вперёд. — Что ты творишь?!
Но женщина только подняла руку, и все мгновенно ощутили, как воздух вокруг стал вязким, словно приказ держал нас на месте.
— Ни шагу, — её голос был тихим, но властным. — Мне нужна честность, Де Вильмон. Твоя правда.
Кайлен сжал кулаки, и по его лицу было видно — он едва сдерживается. Рейвен медленно потянулся к мечу, но взгляд эльфийки заставил его замереть.
Я пыталась вдохнуть — бесполезно. Лианы давили на грудь, всё вокруг плыло, воздух стал редким. В ушах стоял звон, а перед глазами — вспышки света.
— Кай... — еле выдавила я.
И в этот момент Кайлен сорвался с места.
Что вы хотите?! — выкрикнул Кайлен, его голос сорвался от ярости и страха.
— Ничего, — спокойно ответила она, будто происходящее было для неё чем-то обыденным. — Я хочу, чтобы ты признал свои чувства. Признал всю свою сущность.
— Что вы… хотите? — уже тише, почти шёпотом, спросил он.
Я чувствовала, как лианы сжимают грудь всё сильнее, воздух вырывался из лёгких рывками.
Рядом хрипела Дафна, её руки дрожали, пытаясь хоть немного ослабить хватку. Арион, Эсмира и Рейвен стояли неподвижно — не потому что не хотели помочь, а потому что не могли.
— Ты знаешь, — сказала она холодно. — Просто произнеси то, что я хочу услышать.
Наступила гнетущая тишина. Только треск листвы и мои судорожные вдохи. Кайлен стоял, будто борясь сам с собой, потом тихо заговорил:
— Я… убил свою мать, — его голос дрожал. — Я не должен был жить.
Она чуть кивнула, будто этого было недостаточно.
— И… — он замолчал, сжал кулаки. — И я не могу заключить сделку с Рэйвеллами. Я… влюбился в смертную.
Он опустил взгляд, и в этот момент сердце будто застыло. Даже через боль я услышала всё отчётливо.
— Хороший ответ, Кайлен, — спокойно произнесла она, и лианы, словно по волшебству, исчезли, расползаясь обратно в землю.
Мы с Дафной рухнули на землю, глотая воздух, будто после долгого погружения. Рейвен подбежал ко мне, схватил за плечи, его лицо было полным паники. Я кашляла, не в силах говорить, грудь болела от давления.
— Но не смертная, — вдруг добавила она, глядя на меня с загадочной улыбкой.
— Что? — переспросил Кайлен, резко подняв голову.
— Ничего, Де Вильмонт, — коротко бросила она и отвернулась, возвращаясь к трону.
Она сел на трон, и к ней подошёл эльф с копьём — высокий, с холодным выражением лица. В руках он держал то, ради чего мы сюда пришли — осколок, часть фрактала.