— Боишься? — спросил он, слегка увлекая волка за дверь и придерживая её руками.
— Это точно питомец? — удивленно сказала я, стоя на кровати, держась за перила, на которых висела штора.
— Да, это Эш, — спокойно ответил он.
В ту же минуту я заметила, что ему стало чуть легче, а в моем сердце появилось чувство облегчения.
— Боишься? — снова с ухмылкой спросил он и открыл дверь.
— Нет, нет! — громко сказала я, хотя Эш уже вошёл. Я поднялась на письменный стол, стоящий у кровати с другой стороны.
Кайлен подошёл ко мне и усмехнулся, и я почувствовала странное тепло — радость, что он немного оживился после своей грусти.
— Страшно? — игриво спросил он, ухмыляясь.
Я взяла подсвечник со стола и ударила его по голове.
— Больно? — спросила я, приподнимая бровь.
— Вообще-то да, — сказал он, прищурившись и, словно в отместку, аккуратно усадил меня на стол.
До этого я сидела там на коленях, но теперь он стоял слишком близко, и сердце предательски забилось чаще.
— Знаешь… — протянул он, слегка склонив голову. — Когда ты напилась.
Зачем он об этом говорит подумала я. Мне всё ещё стыдно Я даже не знаю, почему так сделала.
— Когда я… ну, напилась, я несла полный бред. Так что… забудь об этом, пожалуйста. — сказала я.
Он тихо усмехнулся и наклонился ближе. Его лицо оказалось прямо перед моим, дыхание обжигало кожу.
— Прости, Катастрофа, — прошептал он, — но это я забыть не смогу. Никогда.
Я почувствовала, как в груди всё сжалось, воздух стал густым, а мысли — пустыми. Он был слишком близко. Слишком. И, не зная, что делать, я резко вскочила, но в тот же миг — с глухим тук! — ударилась лбом о его голову.
— Ай! — выдохнула я, хватаясь за лоб.
— Вот это, — сквозь смех сказал он, потирая голову, — я точно тоже не забуду, катастрофа.
Катастрофа… — фыркнула я. А вот Дафна "Дафни" прикинь, — раздражённо закатила глаза.
— Охоо… — протянул он, поднимая бровь. — Это что?
Он приблизился ко мне и посмотрел прямо в глаза.
— Знаешь, мне даже нравится, — сказал он тихо, почти шепотом, и я чуть громче, чем хотела:
— Что?
Он усмехнулся:
— Твоя ревность.
— Эй! — воскликнула я. — Вообще я не ревную, с ума сошёл!
Он снова улыбнулся, наклонил голову на бок и сказал:
— Хорошо, хорошо… ты не ревнуешь. Это просто так.
— Ага, просто так… — пробубнила я, хотя внутри все было наоборот. Ревность была там, и она скручивала живот странным узлом. — Вы же с ней очень близки… — неожиданно сказала я и тут же пожалела.
Он склонил голову ещё ближе:
— А кто тебе такую информацию сказал?
— Я не дура, — пробормотала я. — Вы с детства вместе, и ты же, "милый Кайлен"… а если я скажу, Кай — это целая драма! — Я фыркнула, слегка раздражённо.
Он лишь посмеялся — этот смех был тихим, мягким, и я почувствовала, как сердце ёкнуло. Я резко схватила его за шиворот и сказала:
— Поверь, если не перестанешь смеяться, твои ямочки тебя не спасут!
Он едва удерживал улыбку, уголки губ дрогнули.
— Тебе мои ямочки нравятся, да? — с притворным самодовольством спросил он. — Они же почти не видны.
— Когда смеёшься — видны, — буркнула я, стараясь не смотреть ему в глаза. — И да, они… милые. Очень милые, — добавила я резко и, чувствуя, как заливаюсь краской, быстро вышла из комнаты.
Дверь за спиной тихо закрылась, а я шумно выдохнула, будто только что вырвалась из какой-то магической петли.
К счастью, Эша нигде не было видно. Ни огромной тени, ни тяжёлых шагов. Может, этот волчара всё-таки убежал куда-нибудь… особняк-то огромный.
Я прошла по коридору, стараясь успокоить дыхание, и думала только об одном — почему от одной его улыбки всё внутри будто вспыхивает.
Глава 28
Я спустилась к остальным — внизу всё было так же: свечи горели, за длинным столом сидели Дафна, Рейвен, Арион и Эсмира. Воздух был пропитан ароматом старого вина.
Я молча подошла и села на свободное место, не желая привлекать внимание. Дафна даже не взглянула на меня — она увлечённо что-то рассказывала, плавно водя пальцем по краю бокала.
— Бал Последней Луны, — произнесла она с лёгким пафосом, — проходит раз в сто лет. Собираются древнейшие роды и не только. Это символ конца цикла и начала нового.
— И обязательно там быть всем? — спросил Арион, облокотившись на стол.
— Если Кайлен не пойдёт, ничего же страшного? — добавила Эсмира, пожав плечами.
Дафна тяжело вздохнула, глядя в сторону лестницы, будто видела его сквозь стены.
— Кайлен должен пойти. Он — представитель Де Вильмонтов. Его дед создал из него идеального наследника. Для рода это важно.