“Не загоняйся, малыш, я понял, что ты у нас приличная девочка. Хорошо, давай без фото. Расскажи мне о себе. Ты уже целовалась?”
Я было выдохнула от облегчения, которое заполнило всё мое нутро, как вдруг снова напряглась. Но в этот раз не тревожно. Мне просто стало неловко.
“Да.”
Конечно же, я соврала. Не хотела казаться перед Никитой фриком, у которой ни разу не то что не было поцелуя, но даже держаний за ручку. Детский сад, штаны на лямках.
“Мм. Жаль”.
Черт. Надо было правду сказать? Поздно, тогда он посчитает меня врушкой.
Я гипнотизировала экран, наблюдая, как он печатает, но отвлеклась, услышав шум из коридора. Пыхтение, стук туфель, щелчок дверного замка. Отец пришел. Из кухни на грохот вышла мама.
– Ну наконец-то, опять с Дмитричем в гараже шалман устроил, да?! – зашипела. Раздался свист полотенца и удара об отцовское бедро.
– Успокойся, Ир, отдохнул с мужиками, пятница сегодня, чего опять взбеленилась? Иди лучше на стол накрой, женщина.
– Я тебе покажу женщина, – очередной звук шлепка. – Иди в душ, не позорься, скоро Алина приедет, и чтобы после себя ванну помыл.
Отец что-то пробурчал, но послушно направился мыться. Фраза “скоро придет старшенькая” волшебным образом действовала на всех. Мы с папой знали, что лучше пойти на поводу у матери, чем отказаться и услышать сто-пятьсот слов в ответ.
Как только папа вышел, я последовала за ним на кухню. Хотелось кушать, а Алина написала, что будет только через час. Мама не даст основное блюдо, но бутерброды я могу сделать себе сама.
– Как учеба, Сонь?
Папа всегда интересовался мной больше, чем мама, но последняя была сегодня чересчур взвинчена и ярилась практически от всего.
– Хватит болтать! Ешь и молчи! – процедила отцу и отвернулась к плите, помешивая соус к курочке, томившейся в духовке.
Отец за его спиной молча провел большим пальцем по шее и высунул язык, отчего я прыснула, но быстро сделала лицо равнодушным, когда родительница повернулась и глянула на нас подозрительным взглядом. Мы с отцом наелись, я потянулась за кружками, но мама опередила меня и налила отцу чуть ли не чефир, желая привести его в чувство быстрее.
– Черный чай вредно, мам, – подала я голос.
– Учить меня вздумала? Иди лучше в гостиную на стол накрой! Алина скоро придет, хочешь, чтобы сестра голодной осталась? Она, между прочим, к сессии готовится.
Мне бы возразить, что в ее словах нет логики, но ее глаза так бешено вращались, что я побоялась попасть под раздачу и получить по шее.
– Ну да, а я так, с боку постою, – буркнула, не удержавшись. Характер у меня был поход на отцовский, что мать раздражало, но переделать я себя была не в силах.
– Что сказала?
– Ничего, иду накрывать на стол.
Ретировалась, надеясь, что этот день закончится как можно быстрее. Еще никогда я не ждала приход Алины с таким энтузиазмом, как сейчас.
Спустя час на пороге квартиры появилась сестра. Вся сияющая, довольная, она совсем не походила на затюканную студентку, прозябающую в обшарпанной общаге. Отец после душа посвежел, стал выглядеть чуточку моложе и бодрее.
Мама весь вечер кудахтала над Алиной, и мы с отцом смогли спокойно выдохнуть, не чувствуя в отношении себя ее недовольства.
После ужина я пошла мыть посуду, пока старшая сестра принимала ванную. Мама застелила постель и, как обычно, открыла окно, чтобы отцовское амбре выветрилось к ее приходу.
– Мам, я ночевать не буду, на меня постель не готовь, у меня экзамены на носу, так что я в общагу.
Алинка сразу предупредила родительницу, и та даже возражать не стала, хотя заметно расстроилась. Мы с сестрой забурились в нашу комнату, которая в ее отсутствие стала моей личной, но прекрасно слышали, как мама неприкаянно ходила по квартире и ворчала на отца.
Шум фена утих, и старшая принялась работать утюжком. Довольно быстро управилась, я даже не успела придумать, что написать Никите. Последнее его сообщение давно уже висело прочитанным, а наша переписка так и не ожила. Неужели он потерял ко мне интерес?
Вздохнув, я подняла глаза. Пока сестра красовалась перед зеркалом и штукатурилась, я сидела на кровати и наблюдала за ее выверенными движениями. В мейке она была хороша, и я ей чуточку завидовала. Она всегда умела преподнести себя так, что все вокруг восторженно оборачивались ей вслед.
– Алин, может, останешься? Мама не в духе.
Когда сестра была дома, львиная доля маминого внимания уходила на нее, чем я бессовестно пользовалась, скрываясь в недрах комнаты.
– Мне в общагу надо сегодня, Соф. Не обращай на них внимания, и всё. Как поругались с отцом, так и помирятся.
– Ну пли-и-из, систер. Ты же сама говорила, что экзамен у тебя нескоро.