- Он пообещал мне, что если я справлюсь с тобой, то он вырвет меня из того места где мне суждено провести вечность. - Звук из пасти существа, исходил будто-от потрескивающей от жара печи.
Оба колена с хрустом выгнулись назад, как у насекомого. Ступни отпали, будто сами по себе, но существо продолжало двигаться к герою, гремя голыми костями голени, по уложенному плиткой полу. Рубаху на спине прорвали два недоразвитых крыла обтянутых рваной кожей. Герой оглянулся по сторонам в поисках оружия, но вокруг только и оказались, слоняющиеся без цели грибники. Внезапно Агван преодолел разделяющее их с героем расстояние за один гигантский прыжок и повалил Давида на пол.
Лицо героя обдало жаром, и смрадом чего-то мерзкого, находящегося за гранью человеческого понимания. В последнее мгновение успел перехватить чудовище одной рукой за шею. Другой рукой пытался оттолкнуть его от себя, но это было за приделом его сил. Узкие пальцы Агвана сильно врезались в бока Давида, разрывая плоть и царапая рёбра.
- Я вырву твоё сердце! И когда я отнесу его своему владыке, то оно будет ещё биться.
Острые пальцы глубже врезались в корпус Давида, ломая рёбра. Изо рта героя потекла кровавая пена и он, не отдавая себе отчёт, сжал горло чудовища рукой. Лицо обдало жарким и липким. Сквозь звон в ушах расслышал хриплое, полу карканье, полу хохот Агвана:
- Тебе не уйти! Не сбежать и не скрыться от него! Он вездесущ как мысль!
Перед глазами замелькали мухи, каждый раз увеличиваясь в размерах. Он не мог пошевелить другой рукой, поэтому сжал горло твари, как только смог. Чувствуя, как его когтистая лапа впивается в тело, отрывает от сосудов и прочих трубок сердце, и тащит прочь из тела.
- Да отпусти же, псих! Помогите!
Багровая пелена постепенно отступила перед глазами, и он увидел несколько вцепившихся в него мужских силуэтов. Ещё один мужчина что-то кричал за его спины. В своей руке он сжимал горло молоденькой медсестры. Бедняжка смотрела на него выпученными глазами, с выступившей на губах белой пеной и синюшным лицом. Давид тут же выпустил из рук её тонкую шею, и сразу же четверо мужчин (трое спереди, а один стоящий сзади) повалили его на жёсткую кровать.
- Руки ему вяжи! - Орал один.
- Да связал уже одну, своим ремнём, так он его порвал! Здоровый гад! - Отозвался второй, навалившись на его руку.
Герой почувствовал, как его руки и ноги туго притягивают к металлическому каркасу кровати. Немного опомнившись, произнёс, ели ворочающимся сухим языком:
- Мужики вы чего?
- Опомнился?! - Поинтересовался один. - Сейчас я тебе покажу, чего...
Он размашисто закатил герою в лицо. От полученного удара Давид больно прокусил щёку. Успокоившись, мужики перекинули своё внимание на медсестру, и потянули её на свежий воздух. Он осмотрелся.
Только сейчас до него дошло, что он находится в санчасти. Мужики, которые его связывали не кто иные как пациенты, подоспевшие на помощь медсестре. Да и одет герой был точь-в-точь, как и они, в зеленоватую просторную пижаму. В руку героя было в тыкнуто пару игл, с отходящими трубочками. Трубки тянулись от стоящих на подставке стеклянных пузырьков с бесцветной жидкостью.
Давид почувствовал, как от иголок по его телу расходиться неприятный холодок. На стоящей по соседству койке (всего таких в палате было шесть), лежал без сознания Сасун. К нему также были подключены капельницы. Бедняга бредил, и метался во сне. Хотя и не был привязан как он.
В дверном проёме показались четверо мужских фигур. Недовольно пройдя мимо него, они молча разлеглись по своим кроватям. В палату вошла медсестра и остановилась возле Давида.
- Как вы себя чувствуете? - Услышал он её тоненький голосок.
- Это я вас так? - Спросил Давид, глядя на огромный, начинающий багроветь синяк на шее девушки.
- Меня... - тихо ответила она с болью на лице, поглаживая свою шею пальчиками. - Вы бредили и метались. Я подошла к вам поправить капельницу, когда вы меня схватили за шею. Спасибо мужчины вовремя подоспели...
Давид отвёл взгляд в сторону, и сипло спросил:
- Что со мной?
- Когда вас доставили сюда, я сначала подумала, что вы серьёзно ранены, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что ваши раны не глубоки. Я промыла их и перебинтовала. Это, - указала она на капельницу, - от заражений, и прочих бактерий. Но вы не волнуйтесь, как я уже сказала, вы отделались довольно легко.
- Всё тело ломает, - пожаловался герой, - и постель у меня мокрая... постойте я что обмочился?!
- Вы не обмочились, вы просто обильно потели... Ваш товарищ рассказал мне, что вам вкололи некий препарат. На мой запрос, что за вакцина, мне ответили, что это не моё дело... Так что скорей всего это последствия действия препарата на ваш организм. Не берусь утверждать сколько, но какое-то время вас поломает... Пока организм не выведет из себя эту дрянь.
- А что с ним? - Давид кивнул в сторону метавшегося, и стонущего на соседней кровати, Сасуна.
- С вашим другом всё намного хуже. Раны глубокие и кровоточащие. Я вколола ему лошадиную дозу снотворного, но как видите, это его не сильно успокоило. Гниёт рана на ноге, боюсь если не получиться остановить заражение, то будет необходимо отрезать ногу...
Герой некоторое время молчал, и смотрел на погибающего товарища. Немного поразмыслив, спросил:
- Неужели нет никакого средства, остановить заражение?
- Я слышала, что у высших чинов, - перейдя на шёпот ответила медсестра, - есть своя отдельная лаборатория с аптекой. Если вакцина и может храниться, то только там...
Герой почувствовал острую боль в районе паха, немного поморщившись, он обратился к медсестре:
- Отвяжите меня, я в туалет хочу.
- А вы не будете буянить? - С опаской потирая синяк, спросила медсестра.
- Нет что вы. Вы же сами сказали, что это всё было под действием препарата. Но сейчас я целиком и полностью отдаю себе отчёт в происходящем.
Медсестра некоторое время смотрела в честные глаза героя, но смилостивилась. И со вздохом:
- Это когда-то, меня убьёт... - Развязала ремни.
Герой благодарно улыбнулся, не без её помощи поднялся на ноги, и побрёл, таща в руке подставку с капельницей в сторону туалета.
Медсанчасть представляла из себя небольшое помещение, с парой располагавшихся напротив палат, операционной, ванной комнатой и кабинетом врача, куда и направилась сонная медсестра. К своему недовольству герой узнал, что проспал не меньше двенадцати часов. И на дворе уже давно ночь. Посмотрев на висящие в коридоре часы, он только озадаченно покачал головой и шагнул в ванную комнату.
Из удобств, здесь была старинная чугунная ванна, покрытая царапинами да жёлтым налётом. В ней стоял тазик с водой и ковш. Комнату освещал слабый лунный свет, пробивающийся сквозь небольшое окошко. На улице царила беззвёздная чёрная ночь. Слабые лучи луны ели пробивались, сквозь заполонившее всё небо грозовые облака.
Для личных целей здесь походу использовали небольшое отверстие, вырезанное в полу. Сделав свои дела и умывшись в ледяной воде герой, хотел было выходить, когда услышал в коридоре, тихие шаги и приглушённые голоса.
- Сюда нельзя! - Забастовала медсестра. - Вы не имеете права...
- Тише голуба. - Прошипел мужской бас. - Мы пришли проведать своего друга. Сиди тихо и не рыпайся, и может быть, я не намотаю на вот этот нож твои потроха.
Герой превратился вслух. Руку больно саднило в районе капельницы. Дрожащими пальцами он вытянул иглы из вены, и сжал руку в локте. Иглы оказались длинные и толстые. Откусив зубами трубки, он смотал моток и вложил в свою ладонь. Следом, вставил две иглы между пальцев, уперев концы в моток трубок. Блестящие металлические иголки выступали вперёд, на пару сантиметров.
- Мне нежен чужак, - прошипел неизвестный, - его привезли сегодня утром. Где он?
- Я не знаю о ком вы... - Внезапно голос медсестры прервался, и герой расслышал звук падающего тела.
- Вот на хрена ты её вырубил? - Яростно прошептал незнакомец. - Как мы теперь найдём его?