Запищавший зуммер личного радиопередатчика прервал его грустные размышления, заставив на мгновение замереть. Он схватил прибор и нажал кнопку приема. Об этом экстренном способе связаться с генералом знали немногие.
– На связи! – хрипло произнес он.
– Здорово, генерал. Живой еще? Прием, – раздался издевательский голос.
– Чех?! – поперхнулся «пепловец». – Что случилось? Нашли их?
– Кого «их»? Ты американцев имеешь в виду? Да плюнь ты, не до этого сейчас…
Помехи мешали генералу разобрать, что говорит собеседник. Что-то происходило там, на базе «Анархии». Казалось, фоном идет звуковая дорожка от фильма про Вторую мировую войну. Чех говорил, но его голос заглушался шумом.
– Чех, что там у вас?! Это что, стрельба?!
– Ага… да, стрельба, – тяжело дыша, словно после пробежки, проговорил Чех, – и взрывы, и крики… и все такое… ты не волнуйся…
В передатчике послышались хрипы и треск.
– Томаш, Томаш… – прошептал генерал, прикрывая передатчик рукой. – Что, черт побери, происходит?!
На лестнице послышались торопливые шаги, и генерал был вынужден отключиться. В подвал вихрем влетел полковник и выпалил:
– Четвертый квад вышел на связь!
– Где они? – хмуро бросил генерал.
– Говорят, что километрах в двух-трех от нас, обещают минут через двадцать прибыть на базу.
– Обещают прибыть? – переспросил генерал. – А кто им вообще приказывал прибывать?! И почему они не выходили на связь всю ночь?!
– Сообщают о больших скоплениях мутантов, движущихся в нашу сторону, и вынуждены отступать. А связь долго не работала…
– Гон?! Но ведь Выброс не объявляли!
– Командир квада Лум доложил, что это не обычный Гон…
– А какой?! – раздраженно переспросил генерал.
– Виноват. Не разобрал, что он имел в виду. Много помех и еще стрельба…
– Погоди, – взял себя в руки командир, – я знаю Лума. Он у нас давно и вряд ли будет городить чепуху. Что конкретно он сказал?
– Он… он сказал, что нужно готовиться к обороне как можно быстрее.
– Так, так…
Взгляд генерала невольно упал на брошенный на столе передатчик. Отчетливо вспомнились выстрелы, взрывы и крики, доносившиеся из динамика. Военный долго не колебался:
– Отдайте приказ – подготовиться к обороне. Укрепите посты и любые возможные бреши. Бочки с горючим выкатите за территорию базы и разместите их равномерно по периметру на расстоянии двухсот метров от заграждений. Отправьте саперов проверить укладки, только минную карту не забудьте им выдать. На все у нас есть не более пятнадцати минут. Исполнять! Бегом марш!
Полковник козырнул и умчался. Генерал включил передатчик и несколько раз нажал кнопку вызова. Динамик молчал.
– Тащи! Тащи! Веселей! И-и-и-и-и раз! И-и-и-и-и два! – надрывались офицеры, раздавая команды направо и налево. База «Пепла» в Зимовище напоминала потревоженный муравейник. Повсюду сновали люди, кто-то волочил мешки с песком, кто-то ящики с патронами. Если попадался боец без груза, то только тот, кто мчался за новой порцией поклажи. Взявшись по шесть человек, «пепловцы» переносили защитные бронелисты, укрепляя их на постах. Наблюдательные вышки ощетинились пулеметами. Ожил громкоговоритель, приделанный к стене на самом верху церковной колоколенки.
– Внимание! Внимание! С этого момента и до отражения атаки на территории «Пепла» вводится военное положение! Каждый сталкер, пребывающий на базе, временно рекрутируется и поступает в подчинение командиров «Пепла»! Запрещается покидать территорию базы, все ворота будут заблокированы! В случае неподчинения – расстрел на месте! Спасибо за понимание и помощь.
Тут же часть командиров направилась к «ночлежкам» – будить тех сталкеров-одиночек, кто еще не проснулся. Ничего не соображая, бродяги хлопали со сна глазами, но очень быстро, путем тычков и угроз, приводились в норму и присоединялись к всеобщему мельтешению. Даже Клоп, подхватив свой старый дробовик, выбрался из подвала заведения и отправился подыскивать себе удобную оборонительную позицию. По пути он напоролся на Остапенко, который посоветовал ему вернуться в подвал: