Лиза посмотрела на экран — Ольга Николаевна. Сердце будто ледяным обручем сжало. Значит, мама Дениса вернулась из своей поездки на море. Ну да, как раз сегодня должна была вернуться. И теперь хочет пообщаться с Лизой.
Но как тут общаться?.. Невозможно.
Телефон завибрировал — пришло сообщение в вацап.
"Лизонька, пожалуйста, перезвони".
Лиза моргнула, ощущая, как подходит комок к горлу и режет глаза — словно кто-то бросил в них горсть соли.
И вновь вибрация.
"Ничего с собой не делай. Лиза, пожалуйста, позвони"
Делать?.. Что она имеет… А…
Глупо. Как можно что-то с собой делать, когда у нее мама, для которой ты — вся жизнь, и Вера, и племянница? Маришка осенью в школу пойдет, и Лиза собиралась купить ей большой красный бант…
"Лиза, пожалуйста. Я тебя умоляю, перезвони".
Она начала задыхаться.
И, задыхаясь, поставила номер Ольги Николаевны в черный список.
А заодно и номер Дениса…
***
Тем летом у Лизы было плохое настроение — именно из-за того, что она постоянно видела Дениса с той девушкой. Она ей страшно не нравилась, и единственное, в чем Лиза находила отраду для собственного израненного безответной любовью сердца — это тот факт, что Ольге Николаевне пассия сына тоже была не по вкусу.
— К сожалению, — говорила соседка, вздыхая, — мальчики часто выбирают неправильных девочек. Потом разберется… жениться вроде не собирается…
Денис действительно разобрался — примерно к концу осени, когда Лиза уже вовсю училась на первом курсе, а Вера лежала в роддоме, рожая Маришку. И после появления племянницы все настолько закрутилось вокруг младенца — а ведь Лизе еще и первую сессию сдавать предстояло, — что ей резко стало не до Дениса и его девушек.
Так пролетел первый курс. Он был до краев заполнен учебой, бессонными ночами, подгузниками, режущимися животиками и бесконечной любовью к крохотному человеческому существу, которого совсем недавно еще не было на свете. Мама много работала и почти не сидела с Мариной, Вера тоже брала себе внештатку — она занималась бухгалтерией на дому. Сестре была нужна помощь Лизы, и она старалась помогать, но и учебу не забрасывала. Конечно, ей было не до Дениса.
Ближе к концу первого курса за Лизой начал ухаживать однокурсник, но она так и не смогла принять эти ухаживания — слишком сильным оказалось ее чувство к соседу. И на всех свиданиях, которых, впрочем, было немного, Лиза сравнивала своего ухажера с Денисом. Не в пользу ухажера…
Только летом после первого курса Лиза, освободившись хотя бы от учебы, осознала, насколько устала. Сдав сессию, она зашла к Ольге Николаевне похвастаться успехами, и пока соседка заваривала чай, Лиза ждала ее на диване в гостиной. Буквально на секунду прикрыла глаза — и проснулась от веселого смеха.
— Вот это тебя укатали, — хохотал Денис, глядя на Лизу, которая спала на их диване, открыв рот и почти пуская слюни. — И учеба, и дети маленькие… Не позавидуешь.
— Деня, — протянула Ольга Николаевна укоризненно, выглядывая с кухни. — И чего ты ее разбудил? Пусть бы поспала. Умаялась, бедняжка.
Лиза, выпрямившись, смущенно потерла глаза. Угораздило же ее так опозориться при Денисе…
— Да, это я не подумал. Извини, Лизка. Но могу искупить свою вину, — он улыбнулся и подмигнул. — Я там клубники купил и черешни. Будешь? С мороженым.
Ей стало очень жарко. И от предложения, и от этого подмигивания. Раньше Денис ей не подмигивал…
— Будет-будет, — крикнула Ольга Николаевна. — И я буду. Давайте, идите сюда.
В тот день, когда Лиза вернулась домой после нескольких часов посиделок на соседской кухне, ей казалось — она не ходит, а парит над землей, словно облачко.
Еще ни разу она не общалась так долго с Денисом. А тогда он сидел рядом, на соседней табуретке, и расспрашивал и об учебе, и о племяннице, и улыбался, и даже предлагал клубнику и черешню посочнее и посимпатичнее.
— Вот, держи, — говорил он, и на тарелку ложилась очередная крупная, мясистая ягода. — Набирайся сил, чтобы больше днем не выключаться, как игрушка без батарейки.
Лизе было приятно, тепло и светло. И Ольга Николаевна была довольна — смотрела на них и улыбалась многозначительно.
Будто понимала что-то, чего еще не понимали они.
***
Не прошло и десяти минут, как телефон снова зазвонил, но на этот раз номер был незнакомый. Лиза колебалась недолго, секунд пять, а потом тоже добавила этот номер в черный список.
Конечно, Ольга Николаевна, кто еще это может быть? Вера или мама позвонили бы со своих телефонов, так же, как институтские или школьные подруги. Либо спам, либо Ольга Николаевна.