Однако это вовсе не означало, что они позволяли безнаказанно портить свою репутацию. Среди знакомых Арчи был, по крайней мере, десяток людей, которые заработали шрамы или охромели, позволив себе сказать что-нибудь не то о ком-то из «смельчаков», или «вождей», как называли себя члены общества Таммани. Такие словечки заставляли Арчи фыркать от смеха: ни один индеец никогда не состоял в этом обществе! Качая головой, Арчи нашел скамейку и развернул газету.
Его внимание тут же привлек заголовок, расположенный сразу под непременной хвалебной статьей об акведуке: «Скандальные махинации Таммани при голосовании». Под статьей стояла подпись: «Глазастый Апельсин».
Это же его подпись! Хелен дразнила его так, когда он мечтал, что у него будет собственная газета. Арчи использовал эту подпись ровно один раз: когда «Геральд» напечатала на последней странице короткую заметку о пожаре, случившемся 15 декабря 1835 года.
И что это Беннетту пришло в голову? Арчи наскоро просмотрел статью: обычный набор голословных утверждений, о которых все знают, но никто не дает себе труда доказать, плюс напыщенные комментарии Беннетта.
Разумеется, кто-то из людей Беннетта занимался Таммани-Холлом — отсюда и статья. Но зачем использовать подпись Арчи? После неудачной президентской кампании Ван Бурена общество Таммани собиралось вернуть золотые времена, когда держало в руках город Нью-Йорк и к тому же заправляло делами в Олбани, столице штата Нью-Йорк. Любая попытка пошатнуть их власть будет моментально наказана, и у них наверняка есть способы разузнать, кто стоит за псевдонимом «Глазастый Апельсин».
Значит, Беннетт намеренно подставил Арчи: помахал им, словно красным флагом перед мордой быка, уже разъяренного бандерильей — потерянным президентским креслом. Черт побери, что задумал Беннетт? В такой ситуации Арчи могут просто убить!
Арчи вздрогнул, когда из его рук выхватили газету. Подняв глаза, он увидел длинноногого молодого ирландца с завитыми и намазанными маслом локонами на висках. Парень спокойно свернул газету и положил её в карман пальто. Проследив взглядом его движение, Арчи заметил красный кант на брюках. Дохлый Кролик! Общество Таммани уже вычислило автора статьи.
— Так оно и есть, — сказал Кролик, потирая редкую щетину на узком подбородке и оглядываясь по сторонам. — Прекрасный денек, чтоб полюбоваться на плоды своих трудов, не так ли, сэр? А я вот не в себе. Столько имен понаписали, а моего-то нет.
Усмехаясь, он отвесил изящный поклон, не спуская бледно-зеленых глаз с лица Арчи.
— Ройс Макдугалл, мистер Прескотт, — представился он. — Не забудьте упомянуть меня, когда в следующий раз возьметесь за перо.
Он подошел ближе и встал так, что солнце оказалось у него прямо за спиной. Ослепительный нимб вокруг головы не давал разглядеть лицо Ройса. Арчи заморгал и отвернулся. Он заметил, что толпа держится подальше от его скамейки. Возле груды выкорчеванных пней маячили еще два Кролика, и Арчи показалось, что еще один стоял позади Ройса.
— Арчи? — произнес Ройс, и Арчи, щурясь, снова поднял на него глаза. — Во имя человеколюбия я хотел бы довести до вашего сведения, что кое-кто предпочитает, чтобы вы занялись чем-нибудь другим.
Ройс отошел в сторону, и Арчи ослепил внезапный поток света. Он пригнул голову, сморщившись в ожидании удара, и невольно вздрогнул, когда Ройс прошептал ему на ухо:
— Я уверен, что человек столь острого ума, как ваш, способен постигнуть смысл моих слов.
Когда к Арчи вернулось зрение, Кролики уже исчезли, растворившись в суетливой толпе. Резкие звуки духового оркестра возвестили приближение праздничной процессии.
Со слегка раздраженным видом Беннетт впустил Арчи в свой кабинет. Сел и махнул Арчи рукой, приглашая садиться.