Голос предупредил, что будут посетители. Может, один из них уже пришел? Или это сама мумия вернулась из музея на востоке, куда ее продал Кроган?
Обе возможности показались ему маловероятными. О чем бы ни умалчивал голос, он явно хотел, чтобы Стивен сделал что-то еще до прихода посетителей. А значит, кто бы ни находился в Зале мумии, пришел он туда вовсе не с поручением от самой мумии. Остается только пойти и своими глазами посмотреть, в чем там дело.
Входя в треугольный проход, ведущий в Зал мумии, Стивен по старой привычке ступал точно в таинственные следы. Свет лампы выдает его присутствие, однако с этим ничего не поделаешь: идти в темноте было бы полным безумием.
Пригнувшись, Стивен торопливо проскользнул между толстыми каменными плитами, а оказавшись в комнате с уступами, снова выпрямился. Алтарь был справа, напротив огромной статуи, и Стивена вновь поразила необыкновенность этого места: ровно стесанные стены, пристальный взгляд каменного бога, непонятные образы, вырезанные по бокам алтаря, — в пещерах нигде не было ничего подобного.
А теперь здесь стоял незваный гость — высокий худощавый негр, одетый только в рубашку и домотканые штаны, с сумкой на плече. С него капала вода, а он, прищурившись, разглядывал статую, словно в музее. Стивен его видел первый раз в жизни.
— Как ты сюда попал? — спросил Стивен.
— Также, как и ты. Другой дороги нет. — Незнакомец обернулся. Глаза, окруженные черной полоской мертвой плоти, выпирали из глазниц. От его дыхания пахло тиной, а кожа провисла, словно брыли у бладхаунда.
— Думай, Джонни, надо представиться. — Незваный гость улыбнулся. — Джон Даймонд. А ты, должно быть, Ребус.
Он протянул тощую руку со сморщенной на кончиках пальцев кожей — словно он слишком долго просидел в ванне.
Стивен пожал протянутую руку, прежде чем до него дошло, что делать этого не стоит.
— Какой еще Ребус? — спросил он. — Меня зовут Стивен.
— Ах, Стивен! Извини, Джонни, о Господи! Ошибка мертвеца. Они мне сказали, что ты Ребус. — Джон со смехом покачал головой и поскреб за ухом.
— Мертвецы? — Болотом пахло не от дыхания Даймонда. Стивен понял, что запах идет прямо от кожи.
— Они разговаривают со мной. В конце концов, я один из них. Такой шум и гам, хорошо хоть мне больше не нужно спать.
Стивен пытался разобраться в словах Даймонда. Он мертв? Стивен слышал о привидениях и зомби, однако они не могли говорить — а тем более смеяться. Этот человек, Джон, сказал, что с ним разговаривают мертвецы — значит, это их слышал Стивен, эти замогильные голоса?
В любом случае в Зале мумии Джон оказался не случайно — он ждал Стивена, даже если и назвал его другим именем.
И тут в голове щелкнуло: мумия ждала не Даймонда. Даймонд пришел сюда по собственной инициативе или его послал кто-то другой.
— Тебя мумия послала? — спросил Стивен на всякий случаи.
— Мумия? А, чакмооль. Нет. Чакмооль работает на Стина — по крайней мере Стин так думает. Стин меня утопил. Чтоб ему провалиться. Скотина. Королем хочет быть. Да заткнись ты! — Последняя фраза была обращена к воздуху над головой Даймонда. — Извини, Джонни, не ты. Срывается иногда с языка, слишком много голосов хотят высказаться.
Стин. Человека, купившего мумию, звали Стин.
— Что такое чакмооль? — спросил Стивен, прежде чем Даймонд снова начал нести всякую чушь.
Даймонд посмотрел на него, словно проверяя, не шутит ли Стивен.
— Да ты ничего не знаешь, верно? — сказал он наконец, и радостная улыбка расцвела на его изможденном лице. — Чакмооль — это… ну… Джонни, давай сначала. Происходят серьезные вещи. Ты в них замешан. Я не был замешан, но теперь меня замешали. Чакмооль — это как бы его глаза и уши. — Даймонд показал на статую. — Тот, кто заставляет все расти, Тлалок, имакпаль ийолоко.
— Имак… чего?
— Извини, Джонни. Науатль, это его язык. Его я тоже слышу. Значит, что он держит нас в своей ладони. Меня-то скорее в кулаке зажал, я ведь утонул. А тебя он все старается убедить.
«Ты будешь человеком», — вспомнилось Стивену, и он услышал утвердительное эхо.
— Точно, — кивнул Даймонд и спохватился: — Извини, Джонни. Подслушиваю иногда. Тлалок в моей голове заставляет меня делать всякое, я даже не помню что. Но теперь он живет только в таком виде. — Даймонд показал за спину, на гротескную фигуру, вырезанную на стене пещеры. — Вот тут и еще в других таких же. Все затеряны в джунглях, кроме этой, и он застрял в стене. Без тела он не может двигаться в этом мире. А чакмоолю в одиночку не хватает силы, чтобы вызвать его обратно. Вот чакмооль и задумал принести жертву, чтобы накормить его, дать ему силы и тело. — Даймонд говорил с одышкой, но в его голосе прорезалось возбуждение. — И вот тут пригодится эта штука, — продолжал он, вытаскивая деревянную коробку из своей сумки и роняя на пол какой-то сверток. Он открыл коробку и поморщился. В раскрытом состоянии половинки коробки образовывали цельный рисунок. — Узнаешь?