И чего на самом деле хотят лениленапе? Так ли уж они заботятся о судьбе цивилизации, которая их уничтожила, или Таманенд чего-то недоговаривает?
И даже если бы Арчи мог ответить на все эти вопросы, Райли Стин все равно оставался загадкой. Он явно верил, что древние боги обладают могуществом — после ночи в музее и возле пивоварни сомневаться в этом не приходилось, — но разве он им и вправду поклонялся? Он боялся своих врагов и использовал против них известные ему ритуалы, однако Арчи не припоминал, чтобы Стин на самом деле молился. Может быть, и его тоже интересовала только власть и Стин думал, что может воспользоваться чакмоолем, чтобы заполучить могущество.
«По крайней мере я знаю, чего хочу я сам, — подумал Арчи. — Мне никто не предлагал ни богатство, ни власть, да и не нужны они мне. Я всего лишь хочу вернуть свою дочь».
Но так ли это на самом деле? Неужели он действительно откажется, если ему предложат то, чего добивается Стин?
Арчи потерял нить рассуждений при виде развалившегося дома. Забавно. Барнум сказал, что дом сожгли.
Он прошел по грязной лужайке: наверное, когда-то здесь был газон или огород, теперь весь заросший прутиками молодых дубов и тополей. Арчи пожалел, что плохо знаком со съедобными растениями. Если здесь и правда был огород, то могли уцелеть какие-нибудь овощи… хотя нет, ведь еще только март. Если после бегства Бленнерхассета на юг в доме никто не поселился, то скорее всего Арчи придется поголодать, пока не удастся сесть на какое-нибудь судно, идущее вниз по реке. Как долго он протянет, прежде чем ослабеет от голода?
Сам господский дом был квадратный и приземистый; за тридцать пять зим краска почти совсем облезла. В нескольких местах крыша заметно просела, и почти все окна были разбиты. Рядом с домом стоял амбар с провалившейся крышей и настежь распахнутыми дверями.
Не видно ни фургонов, ни экипажей, ни каких-либо признаков, что дом обитаем. Арчи подошел к парадной двери и потянул за ручку. Ручка не поворачивалась — скорее всего заржавела. Подумав немного, Арчи подошел к одному из окон на первом этаже и заглянул внутрь. Наверное, это была гостиная: в дальнем от окна углу громоздилось фортепьяно; по бокам прогнившего дивана, напротив стола в центре комнаты, стояли стулья времен королевы Анны. Все было покрыто сухими листьями и пылью.
Арчи локтем выбил остатки стекла, все еще державшиеся в раме, и влез в окно. Из передней на второй этаж вела лестница. На первом этаже находились также зал, столовая и кухня. Арчи поискал на кухне и в кладовой, но если после бегства Бленнерхассета что-то съедобное и оставалось в этом доме, который, по слухам, сгорел до основания тридцать лет назад, вся еда заплесневела или была съедена дикими зверями.
Когда Арчи поставил ногу на ступеньку ведущей наверх лестницы, талисман начал медленно пульсировать. Арчи остановился и вгляделся в полумрак на верхней площадке. Могли чакмооль каким-то образом заранее узнать, что Арчи здесь застрянет, и расставить ловушку? Мысль нелепая, но Таманенд велел путешествовать по воде и при этом самому оставаться сухим. Может быть, пока между ним и водой находилась палуба, чакмооль не мог почуять Арчи, а когда «Моди» взлетела на воздух, то напал на след.
Тогда что ждет Арчи на верхней площадке лестницы?
Арчи вытащил нож, возблагодарив свою счастливую звезду — если, конечно, она у него была — за то, что не потерял его во время взрыва, и осторожно пошел наверх. Слух начал возвращаться к нему, и Арчи напряженно прислушивался, но слышал только скрип ступенек под ногами.
Сумерки наверху вполне позволили бы чакмоолю незаметно подкрасться на расстояние вытянутой руки, однако пульсация талисмана не усилилась. Держа нож перед собой, Арчи настороженно пробирался вперед. Глаза стали привыкать к полумраку, и он увидел впереди, справа от него, ведущую в коридор дверь. Еще одна дверь была едва различима напротив первой, на противоположной стороне зала.
Талисман начал медленно пульсировать, когда Арчи подошел к ближайшей двери — на первом этаже под ней располагалась столовая. Арчи потянул за ручку, раздался щелчок, и дверь открылась. Распахнув ее настежь, Арчи встал на пороге, размахивая ножом в ожидании нападения. Дверь стукнулась об стену и отскочила назад, заскрипели ржавые петли, и дверь замерла в наполовину открытом положении. Из ряда высоких окон в комнату лился свет, у ног Арчи порыв ветерка закружил опавшие листья. Возле окон стоял большой письменный стол, с которого ветер смел весь мусор. Все стены от пола до потолка были увешаны книжными полками, в основном пустыми: книги, еще остававшиеся на них, пострадали от непогоды.