- Левент, милый, ты совсем не в порядке, - насторожилась Пелин, - Может, лучше выйдем на свежий воздух, прогуляемся? Это пойдёт на пользу.
- Не нужно, - безэмоционально отреагировал супруг.
- Тогда я заварю тебе успокоительный чай или принесу снотворное. Ты поспишь, отдохнёшь, а потом вернёшься к роману со свежими силами.
- Нет, - не сводя немигающего взора со стены, упрямился Левент.
- Что мне сделать? - запаниковала Пелин: писательские неудачи мужа никогда не затягивались на столь длительный срок, - Позвать твоих друзей из издательства? Устроить маленький приём или читательский вечер? Или просто поужинаем? Что скажешь?
- Не нужно, - бесчувственным манекеном повторил Левент.
Какая же она дура: пока распиналась перед зацикленным на судьбе несуществующих личностей автором и ползала у ног меланхоличного паши, чтобы окрасить чёрные пятна, разъедавшие его окрылённость в более яркие тона, он с безжалостным равнодушием отталкивал любящую женщину и спокойно предавался унынию. Тревога Пелин за благополучие мужа быстро сменилась горькой обидой, плавно переходящей в ослепляющую ярость. Сотрясая тело злобной дрожью, из самых потайных и глубоких недр наружу рвалась раскалённая лава. Женщина раздражённо сорвала одеяло с кудрявой головы мужчины и позволила накопившемуся внутри гневу вылиться в упрекающие и уничижительные слова:
- Перестань прятаться от реальности бесполезным щитом ранимости! Разве это тот Левент, за которого я вышла замуж? Неужели мой Левент всегда отличался слабоволием и малодушием, но любовь к нему настолько меня ослепила, что я не обнаружила его губительных недостатков? А знаешь, кого они губят? Наши отношения и меня! Мне осточертело откачивать тебя после очередной творческой прострации и подавленности! Надоело носиться вокруг тебя курицей-наседкой, чтобы создать плодотворную атмосферу писательства! Я устала бесконечно потакать твоей переменчивой музе и ходить на цыпочках, чтобы не спугнуть вдохновение! Я не твоя секретарша или литературный агент! Я - твоя жена, Левент! Я скучаю по тебе, потому что, хоть ты и находишься в одной со мной комнате, твои мысли не здесь. Они не обо мне и не о нас. Всё, что тебя занимает, это сюжетные перипетии твоих книжных героев.
Пелин умолкла, потому что неудержимые слёзы обожгли горло и резанули глаза.
- Да, вот в каких эмоциях нуждалась моя героиня! - вскочив с дивана, радостно завопил Левент, - Браво, жёнушка! Ты вывела меня из кризиса и депрессии почти за сутки. Восхищаюсь!
Оставив на лбу женщины нежный поцелуй, мужчина умчался в кабинет, чтобы немедленно приступить к следующей главе романа.
Признаться, Пелин добивалась совершенно иного эффекта. Но непредсказуемый супруг вновь озадачил её глухим непониманием. Как человек, сочувствующий нуждам и бедам воображаемых протагонистов, не сумел прочитать крик отчаяния между строк, брошенных одинокой женщиной?
Подкошенная острым недугом разочарования, Пелин упала на колени и в отчаянии простонала:
- Будь ты проклят, Левент Тайлар! И твои дурацкие книжки тоже!
Нихат
Нихат обошёл всех сотрудников, жаждущих его подписей на очень важных документах, и стремглав помчался на подземную парковку, чтобы воспользоваться машиной компании и проследить за не внушающими доверие перемещениями госпожи Коган. Он как раз направлялся в кабинет к Ягмур, чтобы уточнить некоторые детали предстоящей сделки с Ягызом Эгеменом, который отверг первоначальный вариант контракта, когда по дороге Нихату сообщили, что вдова только что покинула здание. Мужчина не раздумывая ринулся следом. Увидев через окно тринадцатого этажа, как женщина садилась в красный бентли, он не стал тратить время на ожидание прибытия лифта и спустился по лестнице. Заведя чёрный Lexus, Нихат выехал на главную дорогу, не сводя пристального взгляда со стремительно отдаляющегося багажника с номером 34 KG 8402.
Ягмур долго петляла по разным улицам, как будто дразнила неопытного следопыта, перестраиваясь из линии в линию и кружа по проезжей части. Она, разумеется, была не настолько умна и наблюдательна, чтобы заметить тянущийся позади автомобиль и намеренно спровоцировать Нихата на открытую конфронтацию. С другой стороны, чрезмерная доброжелательность госпожи Коган, обращённая исключительно на его персону, ведь ни с кем в офисе женщина больше не проявляла приветливость, довольствуясь строгими замечаниями и молчаливым игнорированием, настораживала и вызывала беспокойство. Ещё и мысли о возможной связи Ягмур с отцом Нихата добавляли тонну дёгтя в ложку теряющего прежнюю сладость мёда.