- Что ты себе позволяешь? Интрижки отца не имеют никакого значения. А вот то, что он уступил компанию Эрдалам, чтобы ты и твоя сестра никогда ни в чём ни нуждались, действительно похвально.
Ну да, ведь святой папочка тогда ещё и про свою смертельную болезнь узнал, надо было срочно определять судьбу дочерей, которые, по его мнению, самостоятельно ничего не могли добиться и абсолютно ни на что не годились.
Бахар распахнула дверь, намекая матери, что ей следует удалиться:
- Доброго вечера.
Мине обиженно поджала губы:
- Мы слишком избаловали тебя. Вместо послушной девочки вырастили вздорную бунтарку.
Ах, если бы Мине Караэль приложила хотя бы каплю усилий, чтобы вообще вырастить Бахар, её наигранное огорчение не выглядело бы сейчас нелепым фарсом.
- Не затягивай, - более сурово бросила женщина, ненавязчиво выпроваживая мать за дверь. К счастью, той хватило ума не настаивать на своём и молча покинуть комнату.
После случившейся склоки с Мине, оставившей неприятный осадок, Бахар переоделась в спортивный костюм и отправилась на пробежку. Она не входила в число любителей спорта, но всё же старалась поддерживать форму. Странно, другие замужние женщины из кожи вон лезли, чтобы их благоверные не махнули налево: нанимали личных тренеров, не вылезали из спа-салонов, чуть ли не ночевали в косметических центрах, не представляли жизнь без омолаживающих процедур и специальных диет. Бахар же ограничивалась здоровым питанием, прогулками на свежем воздухе, верховой ездой и редкими беговыми упражнениями, но делала это исключительно из заботы к себе, а не ради прихотей Салиха.
Сумерки опустились на город, и улицу озарил яркий свет фонарей. Пройдя по пустынной дороге вдоль ряда огромных особняков, своим вычурным дизайном словно соревнующихся в уровне достатка хозяев, женщина ощутила себя одинокой куклой, нервно вышагивающей по неустойчивому подиуму, утопающему в ослепляющем мерцании софитов. А ей неимоверно хотелось скрыться во мраке ночи, сузиться до размеров незаметной песчинки и, подгоняемой неугомонным ветром, вырваться в неизведанные дали.
Спустившись с бугра, Бахар направилась вглубь лесной чащи, а затем резво побежала вперёд. Ловко огибая высокие деревья и перепрыгивая муравьиные кочки, она впитывала каждой клеточкой разгорячённого движением тела все звуки природы: робкий шелест осеннего ветра, шорох опавших листьев при касании подошвы кроссовок, хруст еловых веток. Погрузившись в своеобразный транс и полностью слившись с вечерней тьмой, женщина быстро перебирала ногами, ускоряя ритм. Бахар не боялась потеряться или заблудиться, потому что знала окружающую местность как свои пять пальцев и могла с закрытыми глазами определить своё место положения. Однако сердце женщины пропустило пару гулких ударов, когда позади раздался подозрительный шелест, возвещая о том, что кто-то следовал по пятам. Не оборачиваясь, Бахар выжала из себя максимальную скорость, на которую была способна после двух недель расслабленного режима. Но чем быстрее она двигалась, тем отчётливее чувствовала приближение преследователя. Неужели на неё начал охоту какой-нибудь дикий зверь? Или по земле скакала шаловливая птичка, у которой неожиданно разыгралась бессонница?
Нет, что за идеи десятилетнего ребёнка? Это декоративный лес, в котором ни за что не встретить хищное животное. Да и все птицы, исключая сов, обычно засыпают в ночное время суток. Забежав за ствол ближайшего дерева, Бахар схватила с земли палку и принялась высчитывать секунды до того момента, как застанет врасплох злоумышленника. Как только он поравнялся с притаившейся в тени густой кроны женщиной, она выскочила из засады и нанесла болезненный удар.
- Что за чертовщина? - выругался злодей, и его голос необыкновенно напомнил приставленного к Бахар телохранителя.
- Бехлюль? - удивилась женщина. Она никак не ожидала столкнуться с мужчиной посреди леса, хотя мысль о том, что именно он шёл за ней, казалась наиболее логичной.
Бехлюль включил на телефоне фонарик и направил его прямо на Бахар:
- А что, вы желали угодить в лапы ненасытного маньяка? Каюсь, похоже, я испортил столь атмосферное рандеву.
- Зачем ты за мной следишь? - прошипела женщина.
– Вы что же, запамятовали, госпожа? Я же ваш верный охранник и обязан следовать за вами по пятам.