Айсун
Чёрные траурные одеяния, душеразрывающие стенания и вопли, ровные ряды безжизненных камней, под которыми покоились сотни мертвецов, окружили растерянную девушку со всех сторон, словно непобедимое войско тёмных сил. Она стояла у самого края тропинки ведущей к свежевырытой могилке, куда совсем недавно поместили тело незадачливого Ясина Демиркола, двадцати трёхлетнего парня, которому не повезло пережить аварию на мотоцикле, и придерживала за руку свою лучшую подругу Эдже. Её молодая, обычно сияющая здоровьем кожа превратилась в болезненно-бледный покров, а под красиво-кукольными нефритовыми глазами залегли угрюмые тени.
Айсун присутствовала на похоронах впервые за последние восемь лет, и мрачная аура смерти, нависшая над обширной территорией, навевала горестные воспоминания о самом дорогом человеке. Девушке едва исполнилось тринадцать, когда мать, всегда жизнерадостная и энергичная женщина, которую отец часто называл своим личным солнечным зайчиком, постепенно начала угасать из-за быстро прогрессирующей болезни. Буквально за три месяца от лучащейся бесконечным счастьем родительницы остался лишь безмолвный призрак. Поначалу отец позволял младшей дочери подолгу играть с матерью, рисовать для неё ободряющие рисунки прекрасного будущего, развлекать забавными рассказами о школьных приключениях, но стоило её состоянию вконец ухудшиться, как девочку всеми способами огородили от стремительно надвигавшейся трагедии. Чтобы Айсун не видела мучения больной, её отправили в специальный лагерь с очень строгим распорядком дня и набором нерушимых правил. Однако старший брат Эрдем не смог скрыть от сестры важную информацию и выдал ей точную дату, время и место похорон скончавшейся матушки. Девушка сбежала из лагеря и появилась на кладбище как раз вовремя, чтобы, обливаясь слезами, наблюдать издалека за тем, как женщину, подарившую ей жизнь, опустили в тёмные недра земли. Позже, узнав о самовольной вылазке дочери, отец безумно разозлился. Но у него не хватило сил и совести наказывать девочку за то, что она должным образом попрощалась с матерью. Хотя она так и сумела окончательно расстаться с мыслью о том, что любимого человека больше нет среди живых.
- Я до сих пор не верю, что всё это происходит на самом деле, - дрожащим голосом высказалась Эдже, - Как я теперь посмотрю сыну в глаза? Как объясню ему, что его отец больше никогда не придёт, не прижмёт его к сердцу, не прочитает сказку перед сном, не возьмёт к себе на выходные? И что будет с бедной Эсмой? Девочка и так потеряла родителей в юном возрасте. А теперь ещё и лишилась своей единственной поддержки и опоры в лице старшего брата.
Да, по сравнению с злоключениями, лавиной обрушившимися на семнадцатилетнюю школьницу, горести Айсун казались почти пустяковыми, ведь она потеряла только мать. В семье Эсмы же умерло оба родителя. И вот, спустя пару лет, совершенно несправедливо Ясин ушёл вслед за ними, подгоняемый устрашающей косой смертоносной госпожи.
- Если не найти выход, то вскоре её увезут в приют, - расстроенно рассуждала подруга, - Конечно, Эсму продержат всего год до совершеннолетия, но ей и так несладко пришлось, боюсь, она не справится со стрессом. Да и не хотелось бы девочку одну оставлять.
Айсун проследила за скорбным взглядом Эдже и едва не разревелась, наткнувшись на беззащитную фигурку, съёжившуюся у могильной доски и причитавшую в полный голос:
- На мою семью будто наложили проклятье. Я не смогу без мамы и брата. Аллах, забери меня к себе! Позволь мне встретиться с родными!
Сонгюль, невеста скончавшегося, отличавшаяся округло-привлекательным телосложением, а также чистой и простой красотой сердцевидного лица и тёмных густых волос, поднесла несостоявшейся золовке бутылку воды, вытирая уголки заплаканных зелёно-карих глаз краем платка:
- Выпей, дорогая, и успокойся. Может, тебе полегчает.
- Почему… Почему Он отобрал у меня… всех, кого я любила? – захлёбывалась рыданиями Эсма, - Сначала отец… умер от сердечного приступа… Потом… мама попала под колёса автобуса… А сейчас и братик… погиб.
Некоторые женщины в траурных одеяниях, приехавшие из старого бедняцкого района специально, чтобы утешить юную соседку, окружили девушку, подхватив её жалобы бездумным поддакиванием.
- Ты могла бы навещать её по выходным или забирать к себе на праздники, - предложила Айсун, - В конце концов, девочку не съедят в детском доме. Я надеюсь.