Обалдеть: столь нелепо-романтический сюжет нарочно не придумаешь. И зачем Бехлюлю эта лишняя информация? Он же, вроде, не собирался составлять биографию образцовой парочки книголюбов.
- А ты-то сам женат? - задала очень-очень внезапный вопрос Пелин.
Мужчина продемонстрировал ей до сих пор не окольцованный безымянный палец:
- Брак - не моя стихия. Да и я не такой везунчик, как ты.
- Может, из нас двоих ты и есть истинный везунчик, - загадочно опустив глаза, чуть слышно проговорила женщина.
Бехлюль как раз открыл рот, чтобы расспросить лучшую подругу Бахар о причинах, побудивших лучезарно улыбавшуюся невесту с выразительного портрета усомниться в достоинствах супружества, как дальняя дверь аккуратно приоткрылась, и в проёме показалась кучерявая голова оттенка чернейшего оникса:
- Свет мой, ты не могла бы принести мне ещё одну чашку кофе? Я почти закончил двадцать третью главу, но мне нужна мозговая и энергетическая подпитка.
Пелин поднялась из-за стола и ласково обратилась к супругу:
- Ты совсем не спал, милый. Прекращай пичкать себя арабикой. Пойди передохни, отоспись.
- Ерунда и вздор! Если я прервусь хотя бы на мгновение, вдохновение исчезнет, и неизвестно, сколько мне придётся его снова ловить, - поразившись неожиданному проявлению глупости жены, оскорблённо констатировал Левент.
- Ты себя не бережёшь. Кому нужны дурацкие издательские сроки и неуловимое озарение, когда ты буквально валишься с ног?
- Не смей оскорблять моё творчество своим невежеством! Я тружусь на благо искусства. А ты здесь надоедаешь мне пустыми нравоучениями и излишней озабоченностью по праздным темам.
- Это ты оскорбляешь меня своей отстранённостью! Ты вспоминаешь о несчастной Пелин, лишь когда нуждаешься в личной служанке, действующей по принципу "подай-принеси".
- Вай-вай, грядёт матримониальный Армагеддон, - шустро смекнул притаившийся в сторонке гость. С давних пор Бехлюль предпочитал держаться от супружеских раздоров, разногласий и распрей на приличном расстоянии, поэтому подскочил со стула и спешно ретировался, в то время как голоса пары звучали всё громче и возмущённее, с каждым новым недовольным воплем превращаясь в яростный спор.
Вернувшись в здание ассоциации, мужчина направился прямиком к незаменимой помощнице Бахар, чтобы уточнить пункты её рабочего расписания. Не успел он сделать и двух шагов, как невидимая рука вездесущей судьбы удержала его на верхних ступенях, ведущих в уютно обустроенную приёмную Эсмы.
- Нет, сегодня она на целый день застряла в фонде, - отчитывалась перед кем-то на том конце провода секретарша, - После подведения итогов у госпожи ещё три незначительных заседания по поводу перераспределения денежных средств. На обед не ходила, заказала доставку в офис. Созванивалась исключительно с постоянными меценатами нашей организации по рабочему телефону.
Бехлюль насторожился: с какой стати Эсма передавала посторонним личностям детали текущих занятий Бахар? Разве в её обязанности не входило строжайшее сбережение тайн руководительницы? С другой стороны, занятость госпожи Эрдал не являлась такой уж тайной.
- Нет, подготовку к годовщине твоя жёнушка сбросила на меня. Её вообще не заботит торжественный вечер. Сказала, пусть будет грандиозно и зрелищно, но без перегибов.
"Твоя жёнушка?" Невероятно! Ходячая палочка-выручалочка Бахар сливала любую информацию о её перемещениях и видах деятельности недоверчивому Салиху. Причём становилось более чем прозрачно, что помощница не боялась сурового господина и со спокойной совестью допускала фамильярность и фривольность в общении с ним. Видимо, после того, как Бехлюль отказался шпионить для выдающегося политика, он нашёл более сговорчивую кандидатуру для совершения грязных махинаций за спиной Бахар. Наверное, именно благодаря стараниям Эсмы супруг разнюхал о походе женщины в больницу. Хотя у Бехлюля никак не получалось взять в толк, почему Бахар раздула из этого целую трагедию из десяти актов. Подумаешь, она прошла регулярный медицинский осмотр. Зачем же утаивать от мужа сведения о состоянии своего здоровья? Если только они не были связаны с несерьёзными нарушениями вроде хронического стресса, нервного перенапряжения или нежелательной беременности.