- Ты сам взял на себя слишком много. Я никого не просила о помощи, - Эдже ускорила шаг, чтобы избавиться от ненавистного общества чересчур самоуверенного позёра, но он быстро нагнал девушку и заносчиво проронил:
- Не корчи из себя праведницу. Без хитрости и находчивости не прожить в современном мире.
- Не знала, что обхождение возрастных тётушек - вполне находчивый способ без особого труда подобраться к их богатствам.
- Вероятно, ты удивишься, но иногда мы вынуждены делать то, что нам совсем не нравится, чтобы хотя бы нормально существовать.
- Для того, чтобы нормально существовать, хватит и наипростейшей работы уборщиком. А как поступить, когда от больших денег зависит человеческая жизнь?
Незнакомец внезапно остановился посреди улицы и уставился на Эдже долгим пронзительным взглядом, словно пытался телепатически вытянуть из неё подробные объяснения брошенных секунду назад фраз, прежде чем отчеканить чёткий вопрос:
- Что, решила пойти по моим стопам?
Эдже согласно кивнула. Почему нет? Если бы мужчина обучил её всем известным ему трюкам обольщения, чтобы добиться от городских меценатов баснословные суммы, у девушки появился бы реальный шанс спасти любимого сыночка из лап опасной болезни. А о моральной стороне процесса она подумает уже после того, как Озгюр получит надлежащее лечение. Ведь каждая минута промедления стоила мальчику бесценных мгновений жизни.
- Смотри, это довольно скользкий и неприятный путь, - мягко предостерёг умелый аферист, - Если ты заранее не готова пачкать свою совесть, лучше даже не пробовать.
- Я готова на всё, когда дело касается родных мне людей, - твёрдо заявила Эдже.
- Хорошо. Но для начала нам нужно познакомиться. Меня зовут Аслан, - представился мужчина, протянув ей правую руку.
- Эдже, - назвалась девушка и боязливо коснулась его плотной смуглой кожи, чтобы скрепить негласное товарищество, от которого теперь зависела вся суть её жалкого бытия.
20
Селим
Селим крутил в пальцах именную шариковую ручку и никак не мог сосредоточиться на чрезвычайно ответственной встрече с партнёрами, которая должна была состояться ровно в полдень. Мужчина собирался последовать годами выработанной привычке и подробно расписать все пункты предстоящего обсуждения по приостановлению сооружения нового отеля, которое влекло за собой пугающе-резкое отклонение от финальных сроков. После произошедшей на стройке трагедии он лично провёл тщательное и независимое расследование под руководством лучших специалистов по безопасности и охране труда и осуществил ряд контрольных мероприятий. После детальной проверки соответствия объектов и отдельных конструкций требованиям технических регламентов, строительных норм и правил владелец холдинга "Карахан Экспресс" удостоверился в халатности генподрядчика и незамедлительно уволил всех виновников, прямо или косвенно причастных к неприятному инциденту. Во избежание нежелательной огласки или привлечения внимания правоохранительных органов и любопытных журналистов Селим повторно навестил каждого из членов пострадавших семей и вручил чеки на двести тысяч лир в качестве основной денежно-моральной компенсации. Кроме того, он выполнил данные обещания и не только выделил колоссальные средства на достойное погребение погибших, но и взвалил на себя возмещение физического ущерба, поместив жертв несчастного случая в лучшую многопрофильную клинику Стамбула и гарантировав им безвременный и профессиональный уход.
Однако мужчина совершенно не ожидал, что Гёкхан Эгемен, тесно связанный с воплощением проекта отельного комплекса, решит минимизировать угрозу несения уголовной ответственности за случившееся и подстрахуется по-своему, втихаря переоформив всех потерпевших как индивидуальных предпринимателей, якобы являющихся работниками других предприятий, которые лишь установили выгодное сотрудничество со строительной компанией. Получалось, что компаньон нарушил своё слово не вмешиваться в тактические ходы непосредственного руководителя фирмы, занимающей главенствующее положение в их официальном партнёрстве, и снова скрытно провернул грязные дела без его ведома. Оскорбившись беспринципным поведением изворотливого и злонравного сыночка Эгеменов, Селим принялся убеждать отца разорвать сотрудничество с его строительным бюро и найти более надёжного партнёра, который бы обладал хотя бы малой долей порядочности и честности. Месут Карахан же заявил, что в договоре чётко прописаны пункты о многомиллионной неустойке, а с учётом и без того полномасштабных затрат на покрытие совместного позора даже мелкий куруш приобретал особую ценность. Отец и сын долго спорили о плюсах и минусах выхода из гиблого союза, но так и не достигли взаимоудовлетворительного консенсуса, отложив тяжёлые решения на потом.