Поцеловав Пелин на прощание, женщина отправилась в небольшую кондитерскую, которая находилась в тихом и спокойном Башакшехире. Когда она была маленькой, дядя Месут часто водил её в эту кондитерскую и угощал лимонными пирожными. Сколько бы Бахар ни пыталась найти хотя бы похожие рецепты таких пирожных, с теми, что продавались именно в Башакшехире, ничто не шло ни в какое сравнение. Из-за загруженного графика женщине редко удавалось вырваться в здешние места, но она любила посещать кондитерскую в одиночестве, чтобы никто не задавал лишних вопросов, не проявлял ненужного любопытства и не отвлекал от мирного наблюдения за жизнью простых жителей Стамбула.
Чтобы остаться незамеченной и не привлечь лишнее внимание, Бахар натянула на нос солнечные очки. После чего женщина смело зашла внутрь, уже предвкушая тот миг, когда купит полкилограмма любимых лимонных пирожных и принесёт их Селин. Да, малютка была единственным живым существом на свете, с которым Бахар делилась тем, чем дорожило её сердце больше всего. Не считая самой Селин, разумеется.
Однако все чаяния женщины разлетелись в пыль, как только она увидела почти опустевший прилавок, на котором одиноко лежал кусок единственного оставшегося пирожного. Бахар порывалась обойти длинную очередь, образовавшуюся у прилавка, применив безотказно действующий пропуск супруги члена турецкого парламента, но вовремя одумалась. Если она рискнёт раскрыть свою личность на виду у простой публики, то Салих устроит ей невыносимую взбучку за осквернение его драгоценной репутации. Бахар ничего не осталось, кроме как, молиться и в страхе ожидать томительной развязки. Что она, в общем-то, и сделала. Но её страхам суждено было сбыться, когда стоявший в начале очереди блондин в ярко-лимонной куртке купил последний кусок десерта.
Бахар в отчаяньи бросилась мужчине наперерез:
- Господин, одну минутку. Прошу вас.
Мужчина резко остановился, обдав женщину пытливым жаром выразительных голубых глаз.
- Простите, это вы мне?
- Да, я хотела бы поговорить с вами. Это не займёт много времени. Обещаю.
Мужчина задумчиво почесал светлые волосы, отливающие рыжинкой закатного солнца и золотом восхода, уложенные в модной стрижке, где верхние пряди, брутально взлохмаченные, обгоняли по длине те, что росли от висков к затылку, а затем безразлично пожал плечами:
- Можно.
- Видите ли, дело в том, что моя маленькая дочь очень любит лимонные пирожные. А вы как раз забрали последнее. Поэтому не могли бы вы проявить великодушие и отдать это пирожное мне? Я заплачу за него, если хотите.
Голубые глаза мужчины, обрамлённые мириадами солнечных лучей, недоверчиво сощурились, напугав Бахар своим потухшим и бесстрастным блеском, который при этом заставил всколыхнуться струны её души и заныть от непередаваемой отчуждённости и беспредельной тоски.
- К сожалению, не вижу веских причин, по которым я должен отдавать вам купленное мною пирожное. Я, между прочим, тоже его очень люблю.
Какой же упрямый оболтус ей попался, едва не выругалась Бахар, но сдержала свой гнев под маской холодной учтивости:
- В магазине ещё полно сладостей. Возьмите любое. Но прошу, отдайте мне лимонное пирожное.
- Аллах-Аллах, - возмутился мужчина, - с какой стати мне отдавать вам пирожное? Вы что, слов не понимаете? Даже некрасиво просить о таком. Хотите пирожное, испеките сами или в другой кондитерской закажите, мне-то что?
Голубоглазый мужчина постарался обойти настырную дамочку, но Бахар не желала уступать:
- Послушайте, я куплю вам целый вагон лимонных пирожных. Но только в другой раз. Моя дочь расстроится, если я не принесу ей сладкий сюрприз.
Мужчина нетерпеливо потеребил светлую бороду, которая придавала суровости его и без того жёсткому лицу:
- Госпожа, если вы не оставите меня в покое, мне придётся обратиться в полицию. Что за времена настали, уже даже лимонные пирожные у людей отнимают.
Махнув рукой, мужчина выбрался на улицу, не выпуская из рук пакет с пирожным. Бахар взбесилась ни на шутку и, нагнав блондина, назло ему выхватила пакет из его рук.
- Слушай, красотка, если хочешь познакомиться, так и скажи, - самодовольно усмехнулся мужчина, - Тут нечего стесняться и выдумывать истории с дочкой-сладкоежкой.