- Нилю, я не кусаюсь, - заметив смятение девушки, подбодрил Бюлент, - Не стесняйся, ложись рядом. Обещаю, мы просто проведём пару часов вместе. Посмотрим на небо, послушаем музыку, отдохнём.
Нилюфер одарила болтуна недоверчивым взглядом.
- Обещаю, приставать не стану.
Девушка облегчённо выдохнула, хотя и прекрасно осознавала, что если бы Бюлент и впрямь собирался обрушить на неё бесценные дары обольщения, то вряд ли бы заблаговременно предупредил о непристойных намерениях.
- Пока что, - как бы между прочим добавил парень.
Нилюфер медленно опустилась на плед, соблюдая приличное расстояние между собой и изобретательным ухажёром:
- Страшно представить, скольких влюблённых дурочек ты приводил сюда.
- Я ещё ничего особенного не сделал, а ты уже влюбилась, да? - самонадеянно заключил Бюлент.
- Продолжай мечтать, господин Зиягиль. Но я не похожа на тех глупышек, которым ты привык пудрить мозги. Хотя, погоди.... Севиль далеко не глупая женщина. Интересно, что же связывает ветреного кутилу и знаменитую наследницу Эрдалов.
- Издевайся, Нилю. Я это заслужил. Решил поиграться с кошкой, но угодил в её хитро расставленную мышеловку.
- Выходит, киска тебе не по зубам?
- Слушай, - как-то вымученно выдохнул парень, - Я в курсе, что в интернете и бульварной прессе полно статеек о моих похождениях. Что ж, каюсь, я всегда слыл весьма любвеобильным юношей и не скрывал склонности к абсолютной полигамности. Но разве ввиду личных предпочтений я не способен испытывать более глубоких и преданных чувств?
Нилюфер лишь саркастически выгнула левую бровь: он правда задавал ей столь нелепый вопрос?
- Что, если раньше я поступал как полный козёл и придурок (развлекался с красотками, проводил с ними приятные ночи, а затем прощался без горечи и сожалений), потому что в моей жизни не было тебя, Нилю?
Как же девушка жаждала поверить в искренность темноволосого бабника, поддаться его безудержному напору и внять предательскому шёпоту, доносящемуся из самых тёмных недр души. Однако голос сдавшего правящие позиции благоразумия всё же гудел более настойчиво.
- Звучит как признание, - нарочно задела болтуна Нилюфер.
- Жаль, что ты ни капельки не веришь, - догадался Бюлент, - И я тебя не упрекаю. Я и сам себе сейчас не доверяю. Знаю, что могу наломать дров, совершить кучу ошибок, проявить слабину, струсить в слишком напряжённый момент, ведь по сути я никогда не поддерживал долгосрочных отношений и понятия не имею, с чего их вообще следует начинать. Но ради тебя, честно, я согласен рискнуть. Только позволь мне попытаться.
Монолог юноши подействовал на сознание девушки словно одурманивающее заклинание, срывая все предохранители с её скрупулёзно подточенной негативными реакциями защитной системы.
- Я тоже не разбираюсь в амурных делах, - уткнувшись взглядом в поросль засохшей травы, смущённо выпалила Нилюфер, - С детства мне внушили, что на первом месте должны стоять учёба, образование, саморазвитие, непрерывное повышение и развитие умственных способностей, тренировка памяти и стрессоустойчивости. Мама стремилась слепить из меня идеальную девочку-отличницу, которой в равной степени успешно давалось чтение литературы на иностранном языке, чёткое соблюдение этикета и приготовление кокосового пудинга. Впрочем, я не без интереса погружалась в любой образовательный процесс. Мне нравилось подступаться к разгадкам великих тайн человечества при помощи самых элементарных научных экспериментов или обширных параграфов учебников. Я общалась и с девушками, и с парнями, но не посвящала их в подробности своей жизни. Не задумывалась над тем, что за моими одноклассницами давно увивались вереницы обожателей, а я каждый вечер возвращалась домой в компании седовласого водителя Ремзи, служившего моему покойному отцу верой и правдой на протяжении тридцати лет... Когда я поступила в университет, мало что изменилось. Я посещаю занятия, выполняю домашние задания, прописываю конспекты. Зачастую дидактическая рутина воображается отдельным миром, в котором уютно и безопасно круглый год.