- А что? Слишком просто для тебя?
- Скорее, слишком просто для тебя.
Если честно, то мужчина взаправду представлял себе более изощрённые методы проверки потенциального союзника на прочность и надёжность, которые бы полностью соответствовали двуличной и кровожадной натуре Ягмур.
- Сейчас ты переступаешь через все нелепые недовольства, возвращаешься в зал и провожаешь молодожёнов бурными овациями и смехом, - поделилась строгими наставлениями невеста.
Нихат глубоко вздохнул. Сколько бы ни сопротивлялось его нутро пакостным проделкам вдовы, у него не было каких-либо прав на то, чтобы их прекратить. По крайней мере, до тех пор, пока мужчина не доберётся до мастерски запрятанной истины.
Натянув на лицо маску наивысшего восторга, Нихат вернулся обратно за стол в компании сияющей Ягмур. Регистратор с облегчением произнёс вступительную речь, выудил у жениха и невесты добровольные согласия на супружество, повторил ту же процедуру с загнанным в угол свидетелем, дождался росписи каждого из участников процесса, попозировал вместе с ними для памятных селфи, после чего душевно поздравил клиентов и впопыхах удалился.
- Ну как, теперь вы довольны? - обратился к бесстыдно обнимающейся парочке Нихат.
- Безмерно, - хищно оскалилась женщина.
Передав свидетельство о недавно заключённом браке новоиспечённому супругу, Ягмур поравнялась с пасынком и почти бесслышно произнесла:
- Ты доказал свою преданность. На сегодня можешь отдыхать. Завтра тебя ждёт великое покорение финансовой пирамиды и знакомство с особо секретными файлами.
23
Нихал
За огромными панорамными окнами взбудораженно шумели бирюзовые волны, ослепляя янтарными бликами закатного солнца, которое словно медленно погружалось на беспросветную глубину Босфора. На заднем фоне тихо наигрывалась приятно-расслабляющая мелодия, ноты которой попеременно сливались с гневным потрескиванием печи, установленной прямо посреди ресторана "Мюрвер" и являющейся ценным экспонатом для привлечения светских гурманов и эстетов. Нихал, меланхолично вытянувшись на стуле с мягкой спинкой, неспешно пережёвывала запечённые артишоки в оливковом масле с острым изюмом и запивала тёмно-бордовым вином "Yükseltan" с терпко-пряным послевкусием чёрного перца и гвоздики. Она любила время от времени ужинать вот так, в одиночестве, вдали от полных сострадания взглядов отца, напряжённых умалчиваний Мадемуазель, дерзких выпадов и наглых выходок младшего брата, который из ласкового, игривого и шустрого котёнка превратился в колючего и агрессивного ёжика. Раньше женщина не задумывалась над тем, что история с неверной мачехой могла жестоко ранить маленького ребёнка, с чистой доверчивостью протянувшего руки чужой и алчной особе, но с некоторых пор её всё чаще одолевали довольно мрачные мысли: а что, если в результате душераздирающей трагедии Бюлент пострадал больше всех? Не Нихал, похоронившая девичьи чаяния и стремления под обломками несвершившегося счастья, не Аднан Зиягиль, получивший целых два предательских удара от двух самых близких людей, а именно двенадцатилетний мальчик, наблюдавший за непереносимыми страданиями родственников и не смевший поделиться с ними собственными муками от разрушившегося в одночасье простодушного детского мира?
- Почему такая красавица ужинает одна? - раздался тягучий тембр Эрдема над самым ухом, и Нихал едва не выронила из рук бокал с вином.
- Ты за мной следишь? - недовольно вскинулась женщина, стараясь скрыть буйное волнение от безукоризненного внешнего вида незваного посетителя.
Эрдем бесцеремонно устроился напротив упрямой возлюбленной, ненавязчивым жестом подозвал официанта и, заказав говяжьи рёбрышки, приготовленные на сильном огне с печёным картофелем и соусом из жареного перца чили, лениво расстегнул полы малинового пиджака:
- Милая, мы разрешили все разногласия и недоразумения, пролёгшие между нами. Теперь я всегда буду рядом. Тебе не нужно оставаться наедине с негативными мыслями и плохим настроением.
- Ты не ответил на мой вопрос, - строптиво подметила Нихал.
- А сколько моих вопросов ты оставила без ответов, а? - чуть ли не перегнувшись через весь стол, спросил Эрдем, и его дубово-зелёные глаза хищными птицами впились в озадаченное лицо женщины.
- Ты же только что сказал, что мы всё прояснили, - не сдавалась Нихал. Пусть от направленных на неё испытующе-выразительных взглядов её пробивала мелкая дрожь, но это не отменяло того факта, что мужчина добился запоздалых признаний обманным путём.