- Мне нужны списки всех девочек, проживавших на территории приюта не менее пяти лет, их истории удочерения, медицинские карты, портфолио педагогов-психологов. Даю вам пятнадцать минут, чтобы собрать необходимое на этом столе, иначе мне придётся внести некоторые кадровые перестановки для более эффективного трудопроизводства.
- Ка-как-к пр-р-ик-к-кажете, - заикаясь выдала директриса, и, пулей вылетев в коридор, принялась активизировать подчинённых на поиск запрашиваемых документов.
Бесцельно прослонявшись по обшарпанному помещению, вызывающему неконтролируемый приступ отвращения, Севиль наконец получила доступ к компьютерной информационной базе детского дома, печатным медицинским картам и сведениям о девочках-сиротах. Правда, компьютер был настолько стар, что не справлялся с элементарными командами, огорчая низкой скоростью интернета, и постоянно зависал, требуя перезагрузки. Скрипя зубами, единственная дочь Волкана Эрдала перечитала вбитые в общую базу данные о полутора тысячах детях, оказавшихся ненужными ни безалаберным родителям, ни лицемерному обществу. И женщине вдруг подумалось, что она стала настоящей счастливицей, родившись в любящей и обеспеченной семье.
В компьютере же содержалась среднестатистическая информация о юных воспитанниках: фото, имя, дата рождения, пол, цвет волос и глаз, наличие кровных братьев или сестёр, а также особенности характера и допустимая форма устройства в приёмную семью. Поначалу в однотипных сводках не всплывало ничего подозрительного. Однако чем внимательнее Севиль вчитывалась в данные и чем глубже анализировала их достоверность, сверяясь с представленными в портфолио и медицинских картах фактами, тем больше разрастался червь сомнений, с упоением пожиравший остатки её возбуждённого мозга. Например, очень настораживал недостаток некоторых подробностей в заметках о состоянии здоровья малышей, а кое-где, где всё ещё заполнялось в письменной форме, листы вообще оставались пустыми, хотя на следующих виднелись вмятины и следы от ручек, словно кто-то нарочно заменил исписанные страницы чистыми и нетронутыми. К тому же, в датах рождения пары сотен девочек прослеживались несостыковки: в компьютере они причислялись к рождённым до 2008 года и благополучно взятым под опеку бездетными парами, когда по печатным документам дети родились между 2013 и 2017 годами. Причём, многие лица не были знакомы Севиль. Она была твёрдо убеждена в этом, поскольку, посещая приют в прошлый раз, женщина запомнила практически всех представленных ей спиногрызов (спасибо феноменальной фотографической памяти, которая зачастую не приносила важной пользы до этого момента).
- Что за бред? - проворчала Севиль, когда ей попалась папка с именем Хюлья Д. Конечно, девочка не относилась к неповторимым носительницам столь прелестного имени, но отчего-то, именно сейчас наткнувшись на одно из них, госпожа вспомнила, как старая уборщица описывала десятилетнюю малышку, которую якобы увозили из приюта, а затем неожиданно вернули и заперли вдали от людских любопытных глаз. Её дата рождения как раз сходилась с указанной в досье - 16.04.2010. Однако не совпадающие цифры вызвали у женщины неподдельный ужас, а то, что Хюлью причислили к трагически скончавшимся полгода назад. В компьютере даже нашлось свидетельство о смерти девочки.
Неужели ворчливая старуха выжила из ума и скормила богатой посетительнице страшную сказку о несчастных сиротках, которая не имела никакого отношения к пресной действительности? Или же Севиль следовало копать ещё глубже, чтобы распутать гигантский клубок обмана и интриг? Но как проявление тёмных дел, творившихся в детском доме, соотносилось с деятельностью её старшего брата, про которого вещал загадочный женский голос в мобильной трубке? С другой стороны, горькие судьбы беспризорников вовсе не должны были волновать любительницу праздной жизни. Так с чего же она погрузилась в документальные раскопки, наплевав на собственные желания и потребности? Полнейший непорядок.
Размяв затёкшие мышцы шеи полукруговыми движениями, Севиль отложила стопки бумаг и поднялась из-за стола.
- Господин Салих в курсе, что вы перевернули вверх дном наш архив? - внезапно приобретя неслыханную смелость, спросила руководительница приюта, которая бесшумной тенью подкралась к госпоже словно из ниоткуда.
Ага, значит, раз начальница больше тряслась из-за осведомлённости сурового политика, чем из-за несанкционированной проверки его младшей сестры, то братец действительно приложил руку к дерзким подтасовкам данных и незаконным исчезновениям маленьких девочек. Ничего, Севиль выведет на чистую воду властолюбивого диктатора, который беспрестанно задевал её колкими выражениями, завуалированными оскорблениями и неприятными намёками. Он поплатится за то, что вместо братской заботы и поддержки раздавал лишь гадливое презрение и заносчивое отчуждение.