- Просто я должна объяснить людям и разорвавшим пару важных контрактов боссам скоропостижный уход с модельных подиумов и афиш Турции, - с отрешённой грустью растолковала Элиф. Как будто её насильно лишили занятия, приносящего не только баснословные богатства и международную славу, но и внутренний комфорт и максимальное удовлетворение, и теперь бедняжке пришлось оправдываться перед теми, у кого она забрала данное когда-то слово. Неужели авторитетный супруг-француз не одобрил стремление жены завоевать модельный Олимп Стамбула? Впрочем, Пейкер не должна совать нос в чужие семейные проблемы. Ей и собственных хватало с лихвой. Пусть они остались в недалёком прошлом, но горький осадок по-прежнему шкрябал трепещущее сердце.
- Собираешься рожать во Франции? Ближе к мужу?
- Венсан улетел домой без меня, чтобы надолго не забрасывать бизнес. Настаивал, чтобы я рожала рядом с ним. Но я не могу пока покинуть город.
- Ясно, замучила тоска по родине, - понимающе подытожила Пейкер, - Мы тоже иногда скучали по местам, где выросли и прожили как плохие, так и хорошие моменты.
- Не совсем, - неловко вставила Элиф, - есть кое-что, что привлекло моё внимание в последнее время.
Пейкер едва не раскрыла рот от всепоглощающего удивления: успешная царица подиума состояла во вполне благополучном браке и готовилась впервые стать матерью. Что, помимо предстоящего материнства, могло увлечь рассудительную и гордую покорительницу глянца?
Обнаружив более-менее спокойный уголок среди посетителей, взбудораженно снующих по торговому центру "Зорлу", модель позвала заинтригованную собеседницу грациозным взмахом левой руки и продолжила тихим и взволнованным тоном:
- Я познакомилась с приёмной матерью одной маленькой девочки, Сылы, которая стала жертвой гнусного мерзавца. Малютка многие месяцы пролежала в коме, а когда её жизненные показатели стали ухудшаться, врачи приняли единогласное решение отключить все аппараты и сплавить несчастное дитя на тот свет. К счастью, истерики госпожи Эргин убедили докторов повременить с погребением, но я знаю, что женщина в курсе, кто именно надругался над девочкой. Венсан помог мне выяснить, что её больничные счета оплачивает какой-то Озеп Чиир через подставные компании. Возможно, он и причастен к страшному преступлению. Я обязана разоблачить негодяя и добиться справедливости.
Жуткая история, от которой кровь Пейкер застыла точно расплавленный воск, а грудь сковала корка ледяного ужаса. Однако она не понимала, почему столь отвратительный случай, которых в нашей безобразной реальности насчитывается тысячи тысяч, настолько задел собеседницу за живое. Хотя у женщины тоже имелась маленькая дочь. Она бы умерла от горя, если бы с её лапулей Бихтер произошла подобная трагедия. Упаси господь!
- Аллах Всемогущий, - ахнула счастливая родительница троих детей, уронив пакеты с детскими вещами на пол, - Но ты же не можешь ввязываться в это в одиночку. Там более, будучи беременной.
- А что, если, - сузила пронзительные карие глаза Элиф, - что, если ты поможешь мне подловить злодея.
- Как? Я же не частный сыщик и не детектив полиции. Мы не должны влезать в сомнительные расследования, ведь неизвестно, к каким последствиям всё приведёт. К тому же, если мать девочки в курсе, кто надругался над ней, но сама не желает обращаться в правоохранительные органы, не лучше ли оставить их семью в покое? Пусть сами разбираются, что к чему.
- Нет, я не в силах отказаться от правосудия. Мы уговорим госпожу Эргин и постараемся действовать очень осторожно.
- Хорошо, допустим, я согласна помочь тебе. Но чем?
- Не имею ни малейшего понятия, - приуныла Элиф. Кажется, идея о взаимовыгодном объединении во имя благой цели уже перестала прельщать её правдолюбивую натуру. Или же шалившие гормоны некстати встали на пути её непробиваемой решительности. Ох, сколько ненужных и утомительных перепадов настроения натерпелась в своё время Пейкер, даже вспоминать тошно. Особенно в период третьей беременности её буквально разрывало от эмоциональных качелей: то часами смеялась и веселилась, то днями замыкалась в себе, ревела в голос или устраивала истерики, которые опустошали и лишали всяких сил. Если бы не бесценный дар за перенесённые муки в виде здоровых и довольных деток, женщина бы сделала стерилизацию, чтобы столько не страдать и не изводить окружающих нелепыми капризами.