Что за неправильные и грязные мысли заполонили её разум? Стыд и позор! Как Бахар посмотрит невинной дочурке в глаза после того, как представила в голове настолько гадкие картины? К тому же, Салих прикончит обоих, если пронюхает об имморальном союзе. Женщине давно было наплевать на собственную судьбу, но подставлять другого человека в высшей степени подло.
Угрюмое молчание светловолосого водителя стало лучшим ответом на не заданные ею вслух вопросы, и Бахар устало попросила:
- Пожалуйста, поехали в ассоциацию.
- Не желаете последить ещё и за своим дядюшкой? - подтянувшись вверх, чтобы устроиться поудобнее, мужчина указал на притормозивший у входа в "Matbah Restaurant" тёмный внедорожник BMW X3 30i xDrive. Спустя секунду из него вышел сияющий энергией и бодростью Месут Карахан и, галантным жестом джентльмена выведя юную спутницу следом за собой (кажется, Бахар сталкивалась с ней пару раз в доме дяди, когда та готовила социальный проект с Нилюфер), направился к престижной точке питания.
- Пусть развлекается, - безразлично отозвалась женщина, - Меня не касается. Может, хотя бы он обретёт счастье, в котором так нуждаются Караэли-Караханы.
Ферхат
Ферхат бездельно слонялся по улице Тешвикие, не сводя пристального взгляда с парфюмерного бутика "Atelier Rebul", мерцающие витрины которого, наполненные толстыми стеклянными флаконами с деревянными крышками, походили на парижскую кондитерскую, только вместо аккуратных пирамидок из пирожных макарон на полках стояли духи и одеколоны, средства для ухода за лицом, волосами и телом, различные благовонные масла, а также свечи и диффузоры, разнося за тысячи метров благоухающие ароматы нежных цветов, свежих цирусов, пряного сандала, успокаивающей древесины, сладких фруктов и бодрящего океана. Если на мгновение прикрыть глаза, можно подумать, что очутился в природном великолепии райского сада.
Потеряв родителей в раннем возрасте из-за обычной инфекции дыхательных путей, которую никому не нужные бедняки не вылечили, отказавшись обращаться в больницу (уж, по глупости ли, по боязни ли или по неимении денежных средств), Ферхат с восемнадцати лет путешествовал по миру в компании младшего брата и успел повидать многое: и величественный греческий Парфенон, и древнейший римский Колизей, и высочайшую Эйфелеву башню, и уникальный Храм Святого семейства, и необъятный замок Нойшванштайн, и мрачный Тауэрский мост, и тяжёлую, порой нестерпимую жизнь мигрантов, оказавшихся на обочине нереализованных амбиций и добровольно или принудительно попавших в тёмную зону большого криминала. В какой-то момент он и сам, стремясь к легко и быстродоступным благам несправедливого мира погряз в воровстве, мошенничестве, наркоторговле, гемблинге и даже сутенёрстве. Когда же мужчина осознал, что пошёл по неверному пути, отступать было некуда. Неджат, покойный младший брат, воспитанный заботливой бабушкой по материнской линии и суровыми законами улицы, старался помочь заплутавшему родственнику, но потерпел полное фиаско и пал трагической жертвой грязных манипуляций безжалостных боссов. Ферхат до сих пор не мог простить себе, что впутал в преступные промыслы порядочного семьянина, обосновавшегося с заботливой женой в динамичном и многоликом сердце Германии. А какая у влюблённых супругов состоялась свадьба - сплошное загляденье: скромная подпись документов и свидетельств в специальном ведомстве, сдержанное торжество в кафе турецкой кухни, нескончаемо улыбающаяся невеста в коротком элегантном платье цвета белой лилии с фактурным цветочным принтом, рельефным поясом и юбкой с бантовыми складками и красиво собранными наверх волосами, весёлый жених в классических брюках с подтяжками и белой рубашке, дёрганый шафер, вынужденный заменять на празднике слинявшего в последний миг фотографа и не особо преуспевший в этом. Способность создать собственное уютное гнёздышко с какой-нибудь неприхотливой прелестницей была недоступна Ферхату, поэтому он давно смирился с мрачной судьбой неприкаянного одиночки и продолжал, хоть и издалека, присматривать за выжившей семьёй брата.