- Почему мы с тобой общаемся? - выпалила Эдже совсем не то, что намеревалась произнести вслух, - Я имею в виду, для чего мы встречаемся, гуляем, ходим по кафе и ресторанам? Между нами приличная разница в возрасте. Разве тебе не лучше, интереснее и отраднее рядом с более взрослыми и зрелыми женщинами?
- Брось, - по-доброму засмеялся мужчина, - Ты ведь не обвиняешь меня в эфебофилии? Впрочем, и тебя недалёкая публика может обвинить в геронтофилии.
Это что ещё за заумные термины? Аслан не научил девушку продвинутой психологической терминологии в области подвидов половых влечений. Какое упущение! Она непременно выставит ему счёт за халатность и невнимательность.
- На самом деле ты просто напоминаешь мне моих племянниц, - добавил Месут, - Бахар, когда она была юна, полна прекрасных надежд и чудесных мечт, и Нилюфер, которая заткнёт за пояс любого интеллигента и профессора своей начитанностью и широтой кругозора. К тому же, мы разделяем общее горе. Разве не ты потеряла близкого человека в мотокатастрофе совсем недавно? Мы служим утешением друг для друга. Может, я отвлекаюсь от горестных воспоминаний о незаслуженном одиночестве, когда общаюсь с тобой. Переключаюсь на более приятные течения прошлого, окунаюсь в напоминания ушедшей, но неимоверно восхитительной молодости. Или просто сбегаю от каждодневных проблем и укрываюсь под крылом твоей очаровательной участливости.
- Тебе не кажется, что мы делаем что-то неправильное? - Эдже опустилась на край дивана, соблюдая приличное расстояние от собеседника и по-тихому засовывая флакончик со снотворным в отверстие между подушками.
- В моих намерениях нет ничего дурного или постыдного, что могло бы опорочить нашу тесную дружбу. Хотя я допускаю, что тебе порой неловко в моём присутствии: мы же всё-таки не ровесники или сверстники. Да и ты точно втихаря насмехаешься над самодовольным стариком вроде меня.
- Вовсе нет, - улыбаясь, отмахнулась Эдже. Вот бы её отец сейчас был жив и, бережно взяв её за руку, смешил нелепыми шутками, стараясь ободрить и поднять ухудшившееся настроение. Возможно, девушка подсознательно искала в Месуте Карахане не финансового благодетеля, а надёжного защитника и заботливого родителя, по которому истосковалась за суровые двадцать лет. Раньше она не ощущала незаполненную пустоту внутри, потому что старшая сестра стойко и непоколебимо заменяла кормильца и заступника семьи. Сейчас же, практически будучи запертой наедине с огромным и неконтролируемым страхом за здоровье собственного ребёнка, Эдже отчаянно нуждалась в бесстрашном и ответственном покровителе, способном переложить её многочисленные невзгоды на свои широкие плечи.
Вообще-то, обычно глубокой меланхолии поддавалась Хазан, но отчего-то в последнее время она обозлилась на покойного папочку и перестала навещать его могилу. Эдже не стала расспрашивать родственницу о столь резкой смене милости на гнев, чтобы не нарваться на неумелые увёртки и нелепый блеф. Однако внезапное равнодушие чересчур преданной дочери наводило на не очень радостные мысли.
- Эдже, - ласково, почти по-отечески обратился к девушке господин Карахан, - если моя компания доставляет тебе неудобство или дискомфорт, не стесняйся. Скажи прямо. Я пойму и не буду больше тебя беспокоить. Должно быть, ты для этого и позвала меня сюда, но не знаешь, как попросить держаться от тебя подальше, чтобы не обидеть и не задеть меня, верно?
- Если честно, - виновато склонила голову девушка, - я познакомилась с тобой специально. Знала, что ты порядочный и отзывчивый мужчина, а, главное, безмерно богатый.
Заметив на лице Месута простодушное изумление и молчаливое разочарование, невольница циничного обмана поспешила утешить старика:
- Не подумай, я не гонюсь за роскошью и изобилием.
- И за чем же ты гонишься?
- У меня... У меня есть сын, Озгюр, - выдохнула Эдже, преодолевая последний рубеж двуличия и наконец срывая с себя уродливую маску лукавства и фальши, пока она не приросла к её чистой коже навсегда, - Он совсем маленький. В мае только-только исполнилось два года. Я растила его по большей части одна, хотя и его отец, Ясин, во многом мне помогал. Но мы не жили вместе. Судьба развела наши пути довольно стремительно. Около двух месяцев назад он попал в аварию и разбился насмерть. В день его похорон Озгюру стало плохо. Мы с сестрой отвезли кроху в клинику, а потом, после тщательного обследования, врачи сообщили о том, что мой малыш болен. Они обнаружили нейробластому второй степени. Полихимиотерапия, а также подготовка и проведение операции по удалению опухоли требуют много денег. Мне даже столько и не снилось. Но я должна бороться за жизнь Озгюра. Я не могу потерять и его, понимаешь?