- Обычно он просто присылал законченные картины курьерской доставкой, так что я не общался с ним по телефону. И уж адреса тем более не знаю. Я даже понятия не имею, как он выглядит и как его на самом деле зовут. Художник придерживался строгой секретности. Согласитесь, в этом и есть его своеобразное очарование: эффектная загадочность подкупает и никого не оставляет равнодушным.
- Хорошо, спасибо, что поделились, - разочарованно поблагодарила Пейкер. Если честно, она полагала, что вычислить, кто же скрывался за странным, далеко не художественным псевдонимом, не составит огромного труда. Но в действительности всё оказалось намного сложнее, и женщине придётся цепляться за мелкие детали, чтобы составить полную картину личности Финансиста.
- Вы помните название курьерской компании, через которую вам доставляли портреты художника?
- Кажется, "İstanbul Transferleri", - задумчиво почесав почти безволосый затылок, ответил владелец "Пигмалиона", - Я прекрасно запомнил их необычный логотип: пара таларий из древнегреческой мифологии, но с изображением стамбульского герба на застёжках.
- Ещё раз большое спасибо. Всего доброго, - спешно попрощалась госпожа Онал, прежде чем, полностью наплевав на благоустройство собственной галереи, ринуться осаждать главный офис выданной стариком фирмы. Подкупив несколько сотрудников, Пейкер заполучила подробный список заказчиков. В их число входило более миллиона человек с разным уровнем статуса, дохода и достатка: от неприметных таксистов до выдающихся звёзд современного турецкого кинематографа. Пролистав список в обратном порядке, женщина добралась до 2018 года и, сравнив указанные местоположения, обнаружила, что курьерской доставкой до "Пигмалиона" неоднократно пользовался некий Айтекин Токбаш. Очевидно, это имя принадлежало загадочному портретисту, чья работа по нелепой случайности или неизбежному велению рока попала к ней в руки.
Госпожа Онал ощутила невероятный прилив внутренних сил и энергии, когда осознала, сколько смысла найденная информация вносила в исход её детективной игры и как мало ей требовалось времени, чтобы поравняться с финишной прямой этой жизненно-увлекательной гонки. Неизвестно почему, но интуиция нашёптывала упрямой хозяйке, что таинственный Айтекин Токбаш имел непосредственное отношение к трагедии, произошедшей с невинной Сылой, или же, по крайней мере, был в курсе того, кто стал виновником её несчастий. К тому же, его склонность к рисованию маленьких детей наводила на безрадужные умозаключения, и оставалось молиться, чтобы больше ни один ребёнок не пострадал от жестокости и безнаказанности взрослого мира.
Нихал
Нихал нервничала как школьница, впервые готовящаяся к свиданию с понравившимся парнем-красавцем: в животе порхали счастливые и опьянённые любовной эйфорией бабочки, но в сердце теснилась необъяснимая тревога и непреодолимое предчувствие грядущего провала. Несмотря на то, что Бурхан Джанлы, отец Эрдема, добрый бородатый старичок в очках, похожий на Джеппетто из детской сказки «Пиноккио», в возрасте шестидесяти трёх лет, и Айсун, его младшая сестра, милая рыжеволосая двадцатилетняя красавица, тепло и радушно встретили в своём особняке, недавно перестроенном по современным канонам западной архитектуры, потенциальную невестку с семьёй, женщина не могла избавиться от скользкого ощущения, что они лишь играли роль вежливых и почтительных хозяев, скрывая истинные эмоции под выразительной маской лицемерной обходительности.
Внутри особняк Джанлы приветствовал вновь прибывших гостей воплощением необычных абстракций, плавно перетекающих в царство прямых линий и лаконичных геометрических форм. Трёхмерная структура пространства, основанная на идеальном параллелепипеде, обыгрывалась при помощи углов, уровней и плоскостей, расчерчиваемых динамичными диагоналями и графичными деталями. Визуальный простор с большим объёмом воздуха привлекал максимальной открытостью. Мебель из выбеленного дерева, гранитно-мраморные плиты в стенах и полу, тонированное стекло на панелях потолка с дизайнерскими светильниками, функциональные ограждения из хромированного металла на фоне серо-бежевого монохрома создавали атмосферу сдержанного благородства.
Когда Аднан и Дениз Зиягиль вручили организаторам семейного ужина скромные подарки стоимостью в сто тысяч лир (оригинальная композиция из прекрасных живых цветов, сделанные на заказ сувениры-обереги и вкуснейший бельгийский шоколад с необычными начинками из зелёного чая, дикой вишни, засахаренного имбиря, солёных фисташек и перца чили), собравшиеся дружно сели за длинный обеденный стол. Нихал едва не подавилась поданным жульеном в кокотницах с курицей и грибами, когда прямо напротив неё на стул опустилась Пелин Тайлар, имевшая непосредственное родство с Эрдемом в форме кузинства.