Мужчину одновременно пугало и будоражило сделанное невзначай открытие о том, что женщина неизмеримо нравилась ему, и он был бы не против перевести их запутанное общение в горизонтальную плоскость. Пусть Ферхат и не заслужил право на собственную семью, но развлекаться и наслаждаться жизнью ему никто не запрещал. Вот только холодный расчёт ненавязчиво подсказывал, что лучше не рисковать понапрасну во имя мимолётной интрижки, а сосредоточиться на основном предназначении и поскорее вывести наружу возможные преступления очередного богатея, возомнившего себя всемогущим повелителем мира. Хотя подобные умозаключения звучали в высшей степени лицемерно, ведь и сам Ферхат принадлежал к уголовной среде и скрывал истинную личность от окружающих или представителей органов правопорядка. Разница заключалась лишь в его слабых попытках вернуться на путь благочестия и праведности.
В канун Нового года, который в равной степени некоторые жители Стамбула ожидали с нетерпением, а некоторые относились настороженно, равнодушно или даже с открытой неприязнью, мужчина получил посреди ночи сообщение от Эсмы. Он как раз собирался переодеваться в домашнюю одежду и готовиться ко сну, когда мобильный телефон гневно завибрировал, возвещая расслабившегося на мгновение владельца о поступившем СМС. Бегло просмотрев строчки нового послания, содержавшего весьма хаотичные обрывки фраз, которые чрезвычайно медленно складывались в отчаянную мольбу, Ферхат довольно ухмыльнулся. Раз блондинка написала не совсем совестливому знакомому настолько поздно, значит, она точно находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения и искала, на кого бы выплеснуть свои горести. Наверняка женщина ещё и успела повздорить с влиятельным партнёром. Такова психология большинства обиженных дам: заглушить вселенскую боль крепкой текилой и докучать другим знакомым мужского пола от дальних родственников до бывших парней и закадычных друзей с начальной школы полуночными звонками и пьяными бреднями.
Именно в этот момент Эсма перешла к более решительным мерам, не получив никакого ответа в печатно-электронном виде, и действительно набрала номер Ферхата. Мужчина высчитал три гудка и наконец удостоил женщину вежливым:
- Здравствуй, дорогая. Что-то случилось? На дворе почти час ночи.
- Пожжжлайста, прижай ко мне, - заплетающимся языком выдала собеседница, чем подтвердила логически сформулированные мужские догадки.
- Ты в порядке?
- Нет, соффсем не в пррядке... При... Приезжай ко мне. Мне... Нужжн с кем-то погворрить.
Выяснив у Эсмы, что та находилась у себя дома, Ферхат попросил её никуда не уходить без его ведома и пообещал приехать как можно скорее. Её состояние нетрезвости, немощности и невменяемости делало из выпившей страдалицы идеальную жертву. Ферхату подвернулся отличный шанс разболтать светловолосую осторожницу по максимуму и раскопать компромат на Салиха, и мужчина не намеревался упускать его.
Стамбульские улицы встретили ночного гуляку ослепительными гирляндами, сверкающими витринами, доверху заполненными красочными конфетными упаковками, яркими надписями с пожеланием "Счастливого Нового года", навязчивыми рекламами, напоминавшими об особенных новогодних лотереях, распродажах и фестивалях, пушистыми ёлками с разноцветными игрушками, подвижными фигурками турецкого брата Санта-Клауса по имени Noel Baba. Кажется, мегаполис по полной использовал завораживающую атмосферу несбыточного чуда, чтобы озолотиться благодаря доверчивости и открытости своего народа.
Всего за полчаса мужчине, которого ничуть не трогала торжественная обстановка приближающегося праздника, удалось добраться до современного жилого комплекса, где на протяжении нескольких лет проживала Эсма Бейгу. Хозяйка трёхкомнатной комфортабельной квартиры поприветствовала гостя порывистым взмахом руки, не вставая с прямого дивана-лоусона и не чувствуя ни капли стеснения из-за того, что из одежды на ней был надет только белый махровый халат с интересным орнаментом, полы которого призывно разъехались в стороны, открывая искушённому взору Ферхата умопомрачительный вид на стройные точёные голени и роскошные бёдра.