Бехлюль слушал соседку-болтушку без явного энтузиазма, беспрестанным закатыванием глаз показывая ей на малую заинтересованность в беседе, навязанной без разрешения второго лица. Однако блондинка не обращала на это внимание и стрекотала неугомонной сорокой:
- Сейчас в фонде царит невообразимый переполох. Намечается серьёзное мероприятие. Самый роскошный благотворительный вечер в истории. Да, он ещё не состоялся, а журналисты уже название приписали.
Бехлюль с силой зажал баранку руля. Неизвестно что хуже: молчаливая и холодная госпожа или общительная и неугомонная ассистентка? Ну и вляпался же мужчина.
- Кстати, хочу предупредить тебя, милый, - заговорщически понизив голос, вставила женщина, - На госпожу Бахар работало с десяток водителей. И никто из них не задержался надолго.
– Что так? Не выдержали её высокомерие?
Эсма фамильярно накрыла локоть Бехлюля своей гибкой рукой:
– Что ты? Разве такое может быть? Просто на самом деле всем управляет её супруг, господин Салих. Ты наверняка слышал о нём. Очень влиятельный человек. И опасный.
Бехлюль осторожно стряхнул руку собеседницы с рукава пиджака, переключив скорость:
– Я должен испугаться его после ваших слов?
- Я не поэтому…
- Послушайте, госпожа…
- Эсма.
– Госпожа Эсма. Меня наняла Бахар Эрдал. Не её муж. Если я не справлюсь, то только она сможет меня уволить. Насчёт остального не беспокойтесь. Я обойдусь без ваших предупреждений.
– Ты просто не понимаешь, во что ввязываешься. Салих Эрдал безумно ревнует свою жену, и один неверный шаг может привести тебя к обрыву. Но как ты и сказал: ты обойдёшься без моих предупреждений. Я искренне в это верю.
– Ваша остановка, госпожа Эсма, - резко притормозив у ресторана, буркнул Бехлюль.
Блондинка поправила сбившиеся локоны, положила толстую синюю папку с очередной порцией информации в бардачок и, беззастенчиво подмигнув водителю, вышла из машины.
Оставшись один в салоне автомобиля, мужчина нервно почесал бороду. Хоть он и не старался вслушиваться в слова болтливой ассистентки, но неизбежный разговор с ней сохранил после себя некое напряжение.
Нихат
Здание многомиллионного офиса встретило Нихата строгим интерьером, выполненным в серой гамме. У пропускного терминала гостя поприветствовал тучный охранник, возрастом явно ушедший за пределы пятидесяти. Нихат лаконично доложил о запланированной встрече с хозяином "Коган" холдинга и, получив разрешение на вход, на лифте поднялся на тринадцатый этаж.
В глубине души теснились плохие предчувствия относительно грядущего провала, ведь школьный друг - последний человек в Стамбуле, который согласился бы оказать помощь господину Оналу и разрешил бы его проблему с банкротством. Сроки выплаты кредитов поджимали. К тому же, внезапный крах Лос-Анджелесской фирмы вынудил мужчину влезть в долги, чтобы покрыть издержки по выплате компенсации торговым партнёрам. В итоге сам Нихат оказался с пустыми карманами и последней надеждой на выручку со стороны турецких знакомых. Однако пока никто из них не поддержал его энтузиазма касаемо возрождения бизнеса на территории родины. И хотя Нихат уже тщательно подготовил несколько выгодных проектов, он по-прежнему нуждался в спонсоре оформленных идей и немалых вложениях, которые, увы, сам позволить не мог. Кроме того, счастливое неведение Пейкер, которая и без того настрадалась в связи с безжалостным пожаром и трудностями открытия новой галереи, рано или поздно закончится. Поэтому отчаянные времена требовали незамедлительных действий.
Секретарша господина Когана, угрюмая девушка лет двадцати пяти со стянутыми в конском хвосте ломкими волосами цвета сухих листьев, велела подождать минуту и скрылась за высокими резными дверьми, чтобы сообщить владельцу холдинга о приходе нежданного гостя лично. Нихат огляделся вокруг, нервно постучав носком левого ботинка по идеально вымытому полу. Стены, выложенные коричневыми зеркальными плитами, закручивались полубоком на поворотах, сглаживая травмоопасные углы. Время от времени в коридоре мелькали лица, глубоко погружённые в свои думы и абсолютно не замечавшие вновь прибывшего.
Наконец, тягостные минуты ожидания подошли к концу, и Нихата пригласили войти в кабинет. Стерев проступившие капельки пота со лба шёлковым платком, мужчина медленно проследовал внутрь. Однако то, что он там увидел, заставило Нихата лишиться дара речи: в кресле генерального директора восседал вовсе не его школьный друг.