Поравнявшись с огромным особняком, такси остановилось. Нихат расплатился с водителем и направился к входным дверям. Он понятия не имел, как завяжет беседу с человеком, который стал для него почти чужим. Если честно, мужчина вообще никак не продумал свою тактику поведения: то ли ему стоило выместить на отце гнев за те мучения, которые доставили сыну его ненависть и вечная подозрительность, то ли поблагодарить за бескорыстное желание раскрыть ослепшему от любви отпрыску глаза, то ли проявить хладнокровие и сдержанность.
В итоге Нихат не успел толком сообразить, что ему следовало делать, так как перед носом распахнулась дверь. На пороге стоял настоящий папа-огр с болотными выпуклыми глазами, у которых хитро приспустились уголки, грубо обрубленный кусок роговицы торчал вместо носа, губы сложились в тонкую ниточку. Тёмные волосы едва тронула седина, припорошив пряди у висков.
- Нихат? - слегка опешив, полушёпотом вымолвил Хильми.
- Здравствуй, отец, - стараясь совладать с застлавшими взор слезами, пролепетал мужчина. Ему внезапно захотелось броситься отцу на шею и забыть о причинённых обидах за бокалом крепкого коньяка.
- Проходи, - пропуская сына внутрь, отозвался старик.
Нихат прошёл в дом, в котором провёл большую часть детства и юности. Приветливые лапы ностальгии едва не захватили мужчину. В столовой он заметил широкий стеклянный стол, судя по всему, недавно купленный, который был накрыт на двух человек.
- Ожидаешь гостя, отец?
– Ко мне заходил старый друг. Ты присаживайся.
Нихат недоверчиво покосился на старика, вспомнив рассказ матери о новой пассии, но последовал примеру жены и обошёл ненужные расспросы стороной, заняв свободное место в кресле. Хильми опустился на край дивана.
- Что же заставило тебя покинуть женское царство и предстать передо мной? Только не ври, что соскучился. Уехал на другой конец света и забыл об отце. Стыдно должно быть.
- Мой бизнес потерпел потери. Возникшие после осложнения вынудили нас с Пейкер вернуться сюда.
- Верно. В общем, что я и предполагал: мой оболтус-сын, как всегда, не справился с ношей, которую взвалил на свои плечи. Я ведь советовал занять должность в семейной фирме. Даже после твоего предательства протянул тебе руку, а ты не пожелал, глядя мне в глаза, признать, что я был прав: и в той мерзкой истории, и насчёт истинных намерений твоей покойной тёщи.
- Я пришёл не для того, чтобы обсуждать прошлое, - грозным тоном проговорил Нихат.
Но Хильми пропустил брошенную сыном фразу мимо ушей, настаивая на своём:
- Правильно, вместо того, чтобы оказать поддержу отцу, ты встал рядом с Пейкер и её мамашей. У них, видите ли, было горе. Их непутёвая сестра и дочь опозорилась на весь Стамбул, застрелившись из-за слабохарактерного любовника.
- О Аллах, тебе всё ещё не даёт покоя та ситуация?
- Да, не даёт, - вскипел Хильми, - они опозорили меня, стоптали с грязью, сравняли с землёй, я тоже чуть не потерял свой бизнес. Лишился семьи.
- Ясно, - Нихат резким рывком поднялся на ноги.
- Куда ты собрался?
- Если ты намерен продолжать в том же духе, то, ради всего святого, позволь мне удалиться. Я не выдержу, честное слово.
- Разумеется, я продолжу, - Хильми тоже встал с дивана, уперев руки в бока, - ты увёз моих внуков за океан. Я не смог увидеть, как они растут. Не засвидетельствовал рождение внучки.
- Если бы ты действительно дорожил внуками, ты бы мог увидеть их в любое время. И, к слову, это не я выгнал родного сына, повторно отказавшись от него.
- Хорошо, оставим прошлое. Говори: зачем ты здесь? - грубо гаркнул Хильми.
- Я ищу того, кто проспонсировал бы мой новый проект.
- А, за деньгами, значит, пришёл? Ну так вот, милый Нихат: я долго ждал от тебя доброго слова, но, к сожалению, тщетно. И ты жди. Глядишь, может, тебе больше повезёт.
- То есть ты отказываешь?
И на что он рассчитывал, вняв мольбам матери? Что в этом чёрством и эгоистичном старике наконец-то проснутся отцовские чувства? Где уж там. Всё, что способно в нём пробудиться, так это бесконечная злость.
- Благодарю за щедрость и бескорыстие, отец, - с издёвкой заключил Нихат и быстро зашагал к выходу.
Хильми не проронил ни звука, позволив сыну уйти. У боковых ворот в тени деревьев Нихат уловил силуэт ярко-красного автомобиля. На капоте красовалась эмблема марки Бентли. Похоже, старый друг никуда не уехал, а, скорее всего, спрятался где-то в доме. Возможно, этот друг даже был женского пола.