Да, в отличие от безмозглой Эдже, у которой не заладилось с осуществлением мечты выучиться на юриста (девушка с треском провалила все вступительные экзамены, несмотря на бессонные ночи и груды вызубренной литературы), Хазан многого добилась благодаря железной силе воли, непробиваемому упрямству, рьяной увлечённости и редкостной смекалке. А младшая представительница семейства Чамкыран получила от взбешённой госпожи Фазилет, отдавшей последние накопления нанятым репетиторам, вполне заслуженное звание "самая бестолковая дочь в истории человечества". Впрочем, вполне отходчивая и незлопамятная матушка наверняка надеялась хотя бы на университетский диплом в области социологии. Иначе не сносить бедняжке головы.
- Я отпросилась у начальницы, - честно поведала Хазан, - Она - порядочная и отзывчивая женщина, поэтому проблем не возникло.
- Я рада.
- Кстати, - более резко добавила Хазан, - не пытайся увильнуть от темы разговора, дорогая. Я не куплюсь на твои детские уловки.
Проклятье! И почему самые близкие люди стопроцентно осведомлены о твоих всевозможных слабостях и беспрестанно применяют их в свою пользу, чтобы докопаться до совершенно не касающейся их правды?
- Хорошо, - тяжко вздохнула Эдже, - ты достаточно хорошо меня знаешь. Но и я знаю тебя не хуже. Если бы я сказала тебе, что собираюсь стать женой пятидесятитрёхлетнего мужика, стоящего во главе процветающего строительного бизнеса, ты бы обозвала меня содержанкой, плюнула бы мне в лицо или бы прокляла.
- Но зачем, Эдже? Зачем тебе понадобился этот старик? У тебя что, развились какие-то психологические отклонения, раз тебя тянет к ровесникам покойного отца? Или у тебя появились финансовые трудности, о которых ты старательно помалкиваешь? А, может, в тебе вдруг пробудилась ненасытная и алчная госпожа Фазилет, мечтающая о безоблачной дорогой жизни в роскошном особняке на берегу Босфора? Что из этого с тобой приключилось, сестрёнка? Ответь.
Эдже подняла глаза на докучливую родственницу и разревелась как последняя дура.
- Милая, успокойся, - переместившись на соседний от неё стул, Хазан обняла плачущую девушку за плечи, - Эдже, перестань. Ты меня пугаешь... Хватит, милая. Успокойся. Всё наладится. Не волнуйся.
- Да что происходит, Аллах-Аллах? - не выдержала сестра, внезапно отстранившись от Эдже, когда неконтролируемый рёв той набрал большую мощность и привлёк ненужное внимание вновь прибывших посетителей.
Подавленная и сломленная носительница фамилии Чамкыран издала три протяжных оха и два сдавленных всхлипа, а затем успокоилась так же быстро, как и ударилась в безудержные слёзы. Она осознавала, что напрасно расплакалась в присутствии Хазан, поскольку та, ведомая обострённым чувством справедливости, ещё интенсивнее насядет на младшенькую и не "слезет" с неё до тех пор, пока не раскопает истину относительно терзающего её несчастья. А самой Эдже настолько надоело изображать из себя изысканную и благородную леди со стальным характером, осточертело разыгрывать роль сильной и независимой матери, старающейся во имя благополучия единственного ребёнка, и выворачивало наизнанку от насквозь фальшивого образа непритязательной и необременительной сестры и скромной, ни в чём не нуждающейся дочери. Так что, возможно, дерзкая допытливость новой госпожи Эгемен разделит неподъёмный груз девушки и поможет донести его до победного конца.
- Озгюр болен, сестра, - вытерев солёные следы от недавних слёз тканевой салфеткой, призналась Эдже.
- Что? Как это болен? Что ты такое говоришь? Что за вздор? - шокированная трагическими известиями, зациклилась Хазан.