Или же их поймают на прослушке грозные мерзавцы, державшие несчастную женщину в страхе на протяжении многих лет. Не приведи Аллах! И зачем Джемиле рискнула вожделенной свободой, поддавшись сиюмитному порыву? Разве так поступают настоящие матери? Подвергают детей неизбежной опасности из-за эгоистичных желаний обнять сына здесь и сейчас, безрассудно наплевав на его безопасность и свою уязвимость? Хотя теперь, когда Бешир тянулся к ней с ещё большей доверчивостью, открытостью и чистотой, она не могла повторно отвратить от себя мальчика, методично и размеренно загоняя себя в безнадёжный тупик.
- Мне нужно кое-что тебе рассказать, - практически шёпотом выпалил Бешир, - Сначала я собирался сказать бабушке, но потом подумал, что не стоит её волновать. Она же уже старенькая, вдруг ей станет плохо.
- Почему ей должно стать плохо? - насторожилась Джемиле. Неужели противный Ферхат выяснил, что женщина забросила застывшее на мёртвой точке расследование и едва ли не каждую свободную минуту отлучалась из огромного особняка Эрдалов, чтобы тайком повидаться с сыном?
- Ко мне приходил папа, - вкрадчиво промолвил ребёнок.
У Джемиле резко закружилась голова, и она чуть не выронила из рук телефон, припав левым боком к тёмно-серому буфету с шестью дверками из соснового массива:
- Сынок, что ты такое говоришь?
- Я помню, вы с бабушкой твердили, что он уехал очень-очень далеко и не сможет вернуться. Но папа вернулся. Я видел его, мам. Правда, видел.
- Как..? Где ты его видел? - с трудом пробираясь сквозь водоворот мечущихся мыслей, спросила Джемиле. Или Бешир спутал глубокий сон с реальностью, или мальчик нажил себе психологические проблемы, о которых не подозревал никто из взрослых. А, может, малыш открыл какие-то экстрасенсорные способности и приобрёл связь с потусторонним миром?
- Боже упаси! - ужаснулась женщина разыгравшемуся не на шутку воображению.
- Папа зашёл в кафе, где мы с бабушкой завтракали. Оно находится напротив нашего дома. Мы часто туда ходим, если погода хорошая.
- А бабушка тоже его видела?
- Кажется, нет. Она сидела спиной к выходу.
- Вы разговаривали с отцом? Он подходил к вам?
- Нет, он помахал мне рукой и подмигнул. А потом, наверное, у него появились срочные дела, и папа быстро ушёл.
Нет, не может быть. Неджат погиб четыре с половиной года назад. Бешир помнил отца только по фотографиям. Скорее всего, ребёнок встретил похожего мужчину и ошибочно принял его за своего родителя.
- Возможно, скоро и ты его увидишь, - воодушевлённо пролепетал малыш.
Да, если старые друзья Ферхата из бандитской шайки прознают о её местонахождении и секретной работе на высокопоставленное лицо, то с необычайным удовольствием прикончит отчаявшуюся беглянку.
- Милый, я рада, что ты сообщил мне. Но никому больше не рассказывай о том, что видел отца, ладно?
- Ещё один наш секрет?
- Именно.
- Хорошо.
- Тогда пока, милый. Не забывай, что мама тебя сильно любит.
- Я тоже тебя люблю, - промолвил напоследок мальчик и сбросил звонок.
Джемиле рассеянно опустилась на ближайший стул, чтобы не рухнуть на подкосившихся ногах. Откровенный разговор с сыном потряс женщину до глубины души. Разраставшиеся до гигантских размеров сомнения ядовитыми червями грызли её обескураженное и обеспокоенное нутро. Неджат Алтук скончался осенью 2016 года. Полицейские лично навестили пострадавшую супругу и доложили о гибели любимого. Однако тело покойного, его похороны и адрес могилы деверь ни разу не выдал. Как будто они являлись частью вселенской тайны, которую нельзя было раскрывать даже под страхом смерти. Но что, если Бешир вовсе не ошибся и ничего не перепутал? Вдруг Неджат каким-то чудесным образом выжил в той зловонной берлинской подворотне и, более того, воспользовался преданностью брата, чтобы отделаться от преследований мафии, притворившись мёртвым? Впрочем, разве не Ферхат втянул младшего родственника в грязные махинации и подставил перед ненасытными подельниками? Или оба составили настолько хитроумный план, что не справились с его реализацией?
- Ты смотришь слишком много детективных сериалов, Джемиле, - гневно проворчала женщина и постепенно вернулась к мытью посуды, чтобы отвлечься от назойливых подозрений исполнением домашних обязанностей. Однако, сколько бы тарелок она ни перемыла, сколько бы сладостей ни запекла, сколько бы раз ни прочистила засоры в ванных комнатах, сосущее под ложечкой предчувствие о неминуемой катастрофе не покидало обманщицу Мелек.