- Для тебя всё что угодно.
Селим
Селим опустил окно мерседеса: впереди выстроилась нескончаемая вереница разноцветных автомобилей. Многие водители кричали, ругались, сигналили, устроив невыносимый хаос, несмотря на явную осведомлённость в бесполезности производимых действий, вызванных вспышками неконтролируемого гнева и взрывами повышенной дозы нетерпения. И почему Селим не послушал предостережения навигатора и не объехал участок дороги, где традиционно возникали пробки? Теперь он не попадёт вовремя на важное совещание. Понятное дело, что мужчина поставил в известность своего ассистента относительно затруднительного положения, и тот наверняка уже предупредил собравшихся о неожиданной и такой неподходящей заминке. Однако Селим не привык опаздывать на деловые встречи, так как это претило его исполнительной и пунктуальной натуре.
Ещё и погода, как нарочно, выдалась чрезмерно жаркой: солнце едва не испепеляло тело своими огненными лучами, а душный воздух заполнял лёгкие дорожной пылью.
Селим махнул рукой и вывернул руль, собираясь сдать назад, но, взглянув в зеркало, ударил кулаком по панели приборов:
- Проклятье! Что за день сегодня?
Серебристый порш, подъехавший сзади, не позволил мерседесу выехать из зоны напряжённого движения и перекрыл последний путь отступления.
Селим расстегнул ворот рубахи и посмотрел на лазурные волны моря, озорно облизывающие поверхность набережной.
- В следующий раз обязательно вызову вертолёт, - пообещал себе Селим и прикрыл на мгновение глаза, пытаясь совладать с накатившей злостью.
Внезапный стук по стеклу заставил мужчину встрепенуться и выпрямиться: слева от водительской двери стояла девушка лет двадцати. Её сердцевидное лицо нагло просунулось в отверстие открытого окна, и в пространство Селима вторгся её аккуратный нос, карминовые губы, нижняя из которых была более припухлой, нежели верхняя, собирающаяся в узкую ленту, и глаза цвета не угасающего травянистого малахита. Перекинутые на одно плечо волнистые локоны, отливающие морковно-оранжевым цветом, опустились вместе с головой девушки и защекотали кожу на левой руке мужчины.
- Что происходит? - отдёрнув руку, нахмурился Селим.
- Простите, - затараторила незнакомка, - Мы с подругой попали в пробку. В общем-то, как и вы. Я увлекаюсь фотографией и люблю снимать всё необычное. Я увидела вас, и мне сильно захотелось запечатлеть ваше красивое лицо. Можно сделать снимок, да?
Девушка вытащила из-за спины большой профессиональный фотоаппарат и одарила Селима улыбкой, искрящейся искренностью. Мужчина озадаченно уставился на незнакомку в попытке определить степень её невоспитанности. Пауза осмысления затянулась, и девушка, очевидно не выдержавшая томительного ожидания, нажала на кнопку спуска затвора.
- Ты что, маньячка? - отстранившись, выкрикнул Селим, - Я не сказал: можешь фотографировать.
– Ты слишком долго думал.
– Я могу подать на тебя в суд.
– Да не бойся, это для личного использования. Я пока не собираюсь открывать выставку.
– Как будто меня волнует, что ты там собираешься.
– Здорово. Я впервые вижу такого серьёзного и сосредоточенного человека, который так красиво злится.
– Послушай, девочка.
– Я Айсун.
– Селим… Послушай, если ты не прекратишь и не отойдёшь от моей машины, я позову полицию.
– А вот теперь ты стал очень скучным. Ладно, доброго дня.
- Айсун, - донёсся взволнованный женский голос из соседней мазды апельсинового оттенка, - давай, кажется, дело сдвинулось с мёртвой точки.
- Уже бегу, Эдже, - отозвалась Айсун и вприпрыжку добралась до своей машины.
Селим проследил за девушкой заворожённым взглядом и сделал вывод со слабой улыбкой на губах:
- Точно маньячка.
Мелодия телефона отвлекла мужчину от непривычного созерцания загадочной представительницы противоположного пола, и он спешно ответил:
- Слушаю.
- Господин Селим, - чуть ли не заикаясь начал ассистент, - я знаю, что вы застряли в пробке, но в офис приехал Гёкхан Эгемен. Он требует вашего незамедлительного присутствия. Я попросил его подождать в вашем кабинете, но господин очень нервничает. По-моему, случилось что-то плохое.