- Бенсу, дорогая, завари, пожалуйста, кофе, а то я скоро от безделья совсем рехнусь. Ненавижу дни, когда госпожа отсиживается в четырёх стенах. Я теряю выездные баллы.
- Я сейчас же заварю, господин, - не поворачивая головы, пообещала Джемиле.
- Ай да, ты что, шутишь? Какой из меня господин? - усмехнулся мужчина.
Джемиле взяла в руки чашку и наконец обернулась, чтобы достать из подвесного шкафа турку, но уронила сосуд для питья, увидев перед собой Бехлюля. Прошло столько лет, а она узнала его с первого взгляда, как будто вовсе не покидала дом Зиягилей и не находила приют в чужой стороне. Мужчина тоже озадаченно выпучил глаза и медленно проговорил:
- Постой, ты не Бенсу. Ты... Джемиле?
Женщина потеряла дар речи, не понимая, происходило ли всё на самом деле или же являлось жестокой игрой её воображения.
Из оцепенелого молчания обоих вывел упрямый свист чайника, крышка которого нетерпеливо подскакивала вверх-вниз. Джемиле подбежала к конфорке и умелым движением прекратила подачу электричества.
- Я устроился сюда на работу водителем, - непонятно зачем вставил Бехлюль.
Джемиле было плевать, каким образом и по какой причине этот белобрысый наглец оказался поблизости, поэтому она грубо отчитала его:
- Не трать своё время на любезности с местной прислугой. И кофе от меня не жди. Ты и плевка в лицо не заслуживаешь.
- Тебе лично я ничего не сделал. За что ты меня презираешь? - повысив голос, спросил Бехлюль.
Джемиле настойчиво проигнорировала его вопрос, сосредоточившись на завершающей стадии приготовления чая. И он ещё спрашивает? Если бы самовлюблённый тип не попался за совершением греха, а на совесть Бешира не свалился бы тяжкий груз, он бы ни за что не покинул дом, в котором вырос, и не ринулся бы в море, чтобы найти покой. Страшная болезнь не уничтожила бы его и без того слабое здоровье, и лицемерные представления, разыгрываемые двумя бесстыжими любовниками, не сумели бы подвести несчастного к могиле.
Бехлюль бросил холодное замечание, шагнув к выходу:
- Я не стану спрашивать тебя о том, почему ты назвалась ненастоящим именем. Но и ты не выдавай моё прошлое.
- Как ты...? - подняв пару вопрошающих глаз на Бехлюля, начала Джемиле.
Опережая ход её мыслей, мужчина поспешно добавил:
- Слышал, как начальник охраны отчитывался господину Салиху о твоём прибытии. Мелек Байсал. Кажется, это имя он назвал.
Джемиле молча кивнула. Не было смысла скрывать то, что, к сожалению, слишком быстро выплыло на поверхность. Проклятье, случилось именно то, чего так опасалась женщина: появиться в особняке Эрдалов, изображая другого человека, и попасться на первых же минутах.
- Ты правда никому не скажешь? - Джемиле с трудом верилось во внезапную благочестивость Бехлюля, и она была обязана убедиться, что он не блефовал.
- Если и ты не скажешь, - повторил мужчина и покинул кухню.
Встреча с ним выбила Джемиле из колеи на пару минут, но она с мастерством настоящего профессионала преодолела волну шока и полностью сосредоточилась на порученной ей миссии по поиску компромата. Бехлюль поклялся, что не выдаст её, а большего женщина и не требовала от переменчивой судьбы.
Протерев столовые приборы и вычистив ламинат до блеска, Джемиле переместилась из кухни в гостиную. Там, согласно продиктованным свыше инструкциям, она протёрла пыль и пропылесосила. Когда Бахар вышла на улицу, оставив работу Джемиле без тщательного наблюдения, женщина поднялась на второй этаж. Взяв щётку для смахивания пыли, она тихо забралась в кабинет Салиха, несмотря на отсутствие точных сведений относительно того, что именно ей следовало искать.
Кабинет был выполнен в классическом стиле: мебель из натуральных материалов, кожаная обивка, отделка элементов из ценных пород камня, огромная хрустальная люстра, орнаментальный ковёр. Использованные в оформлении природные оттенки глубокого синего доминировали в интерьере и свидетельствовали о стабильности и приверженности к традициям обладателя кабинета.
Оторвавшись от лицезрения выставленной напоказ роскоши и богатства, Джемиле просмотрела книжные полки, изучила содержимое тумб и добралась до письменного стола. По большей части ей попадались толстые папки документов, в которых были зафиксированы данные, далёкие от понимания женщины, сводки экономических новостей, раритетные издания книг зарубежных авторов в оригинале, распечатки диаграмм и результаты социальных опросов. Уже отчаявшись наткнуться на что-то действительно стоящее, Джемиле с силой распахнула нижний ящик. В нём лежали стопки старых газет и коробки нюхательного табака. Вытащив всё содержимое, женщина прощупала дно, чтобы наверняка увериться, что внутри не осталось посторонних предметов. Однако у дальней стенки руки ощутили неровность и обнаружили какую-то преграду. Джемиле опустилась на колени и с щепетильностью вора, не желающего упустить драгоценность стоимостью в миллионы долларов, провела пальцами по углам ящика. Слегка надавив на края, она подцепила ногтями деревянную досточку и вытянула её наружу, освободив потайное место.