- Добрый день, госпожа. Чем я могу вам помочь? - вежливо поприветствовал молодой человек, почти мальчик, которому на вид можно было дать не больше шестнадцати, когда Пейкер энергичным вихрем влетела в салон.
- Здравствуй. Мне бы хотелось узнать, как продвигается техническое обслуживание чёрного мерседеса модели Benz GLA-Class 2015 года выпуска.
- Простите, - неловко опустив глаза, как бы извиняясь за свою неопытность, проронил юноша, - я сейчас же спрошу у старших мастеров. Они пока меня не допускают до серьёзных манипуляций, поэтому я занимаюсь заменой мелких деталей.
- Хорошо, я подожду здесь.
Парень скрылся среди внушительных размеров массы расставленных по периметру автомобилей. Пейкер потопталась у выхода, не зная, чем занять себя в период ожидания. К счастью, женщине не пришлось ждать ответа долго, однако то, что она услышала, совсем её не успокоило.
- Вы спрашивали про Mercedez-Benz GLA-Class чёрного цвета, правильно? - уточнил вышедший Пейкер навстречу более зрелый мужчина, одетый в тёмно-синий комбинезон, на ткани которого виднелись подтёки мазута и разводы от машинного масла.
- Да, мой супруг, Нихат Онал, должен был обратиться к вам и оставить машину около двух недель назад.
- Мне очень жаль, госпожа, но такой господин к нам не обращался. И автомобиль указанной марки никто сюда не привозил.
- Как? Вы уверены? - чуть ли не заикаясь выпалила Пейкер.
- Абсолютно точно.
- Может, вы просто забыли... Пожалуйста, проверьте ещё раз, - взмолилась женщина. Факт отсутствия машины в стенах автосалона заставил её душу нырнуть в пятки. Если муж действительно не привозил машину на ремонт, то куда же она подевалась?
Несмотря на застывший в недовольной усмешке рот, сотрудник салона всё-таки перепроверил имеющуюся информацию, спросив остальных коллег. Когда же все дружно подтвердили его версию, Пейкер поблагодарила мужчин за честность и медленно вышла на улицу.
Неужели господин Онал оказался прав, когда завёл разговор о банкротстве? Нет, это невозможно. Конечно, в мире вложений и финансов всегда не хватало стабильности, но Нихат не посмел бы скрывать от любимой жены факт разорения построенной собственным трудом компании. Или всё же посмел?
Терзаемая свирепой стаей сомнений, женщина решила окончательно прояснить ситуацию и через полчаса пребыла в центральный банк, чтобы проверить состояние турецких счетов. Однако свободный на тот момент операционист воспротивился воле женщины:
- Прошу прощения, госпожа Онал, но то, о чём вы просите, противозаконно. Я не уполномочен раскрывать активы вашего супруга без предоставленного им разрешения.
- А с чего вы взяли, что он не в курсе? - с напускной уверенностью бросила Пейкер.
Этот противный банкир представлял её последнюю надежду на правду. Если мужчина не клюнет на протянутую наживку, женщине придётся придумать более действенный план.
- Видите ли, - расплывшись в слащавой улыбке, протянул работник банка, - я не первый год здесь работаю и хорошо осведомлён о любопытстве представительниц прекрасного пола. Вы не поверите, сколько слёз и мольбы видели эти стены, когда сходящие с ума от ревности жёны пытались выпытать, на что их благоверный потратил последние шестьсот тысяч долларов.
Что ж, похоже, Пейкер попался несговорчивый упрямец. Обычно она предпочитала не верить в наличие у окружающих тёмных сторон, но в этот раз почти молилась, чтобы сидевший перед ней человек проявил свою темноту в полной красе и поддался алчности.
Женщина глубоко вдохнула, как будто спортсмен, готовящийся исполнить финальный прыжок в воду, и достала из кошелька купюры, общим счётом составляющие две тысячи лир.
- Госпожа, помилуйте, - не сводя хищного взгляда с разноцветных бумажек в руках Пейкер, воскликнул операционист, - Что за позор? Уберите это, ради Аллаха!
Пейкер пропустила его плохо сыгранные восклицания мимо ушей и осторожно положила деньги на поверхность стола:
- Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы мы обошлись без слёз и стенаний.