- Куда мы едем? - полюбопытствовала она.
Уголки вздутых губ мужчины дрогнули в загадочной ухмылке, и он ответил:
- Увидишь.
Нихал не решилась злоупотреблять хорошим расположением духа Эрдема, поэтому смирилась с угнетающей безызвестностью относительно конечного пункта назначения. Мазда неслась по дороге на высокой скорости, и вереницы высокостволых деревьев, рассредоточившихся на обочине, сливались в зелёную беспросветную стену. Эрдем сосредоточенно следил за движением впереди, пока Нихал с напускным усердием рассматривала пейзажи, проносившиеся за окном. Чтобы разбавить молчание, мужчина включил радио. И так под хиты последних десятилетий всего за три часа автомобиль примчал бывших возлюбленных в одну из неброских, но исключительных провинций северного побережья Эгейского моря под названием Мугла.
Женщина ни разу не посещала здешние достопримечательности да и останавливалась в городе зачастую вовсе не для отдыха, а чтобы совершить пересадку на какой-нибудь очень важный рейс. Эрдем, взвалив на себя роль высокообразованного гида, провёл Нихал по основным улицам, в том числе по Старому городу, представляющему невероятную историческую ценность, позволил поглазеть на ярмарку ковров, подняться на смотровую площадку горы Асар, устроил прогулку по Тюрлианскому парку и парку Ахмета Танера, организовал посещение музея под открытым небом Захир Пазары. Удивительно приятным венцом короткого путешествия стал ужин в одном из элитных местных ресторанов, предлагающих огромный ассортимент наивкуснейших блюд турецкой кухни.
Заняв столик в уличной зоне, Эрдем заказал рыбный шашлык.
- У них лучшая рыба в городе, - объяснил свой выбор мужчина, потирая руки в предвкушении.
- Откуда ты так хорошо знаешь этот город?
- Я вернулся в Турцию не в прошлом месяце, как можно предположить, исходя из моего появления в твоей Стамбульской компании.
- Вот как? И когда же ты вернулся на самом деле?
- Где-то полгода назад. Сперва я решил немного подготовиться и в то же время насладиться красотой родины. Я настолько часто бывал в разъездах по мировым столицам, что совершенно забыл, что значит находиться в родных и дорогих сердцу местах. Но ты ведь не это собиралась спросить.
Действительно. Эрдем превосходно изучил Нихал, так что ему не составляло никакого труда разгадать истинный смысл её стремлений. Женщина не хотела ходить вокруг да около или отрицать свою заинтересованность и прямо задала вопрос о том, что терзало её на протяжении последнего месяца:
- Зачем ты вернулся и что тебе нужно от меня?
- Ты помнишь, как я устроил тебе сюрприз на нашу третью годовщину знакомства? Нанял музыкантов, приготовил ужин своими руками. Вечер шёл замечательно, пока я не встал на колено и не предложил тебе выйти за меня замуж.
Нихал глотнула воды из стакана, отведя взгляд:
- Это не ответ.
- Правда. Но я прекрасно помню твой ответ: ты трижды прокричала "нет" и умчалась прочь. А на следующий день собрала вещи и попросила меня оставить тебя в покое. Когда я предпринял попытки поговорить с тобой лично и выяснить причину столь резкой смены поведения, твои друзья-одногруппники не подпустили меня ни на шаг. Они стаями кружились вокруг тебя, мешая нашему разговору. Однако ты всё-таки кое-что мне сказала тогда. Помнишь, что за слова это были?
Его острые скулы опасно выступили вперёд, а глаза дубово-лиственного цвета подёрнулись густой пеленой тумана. Женщина опустила руки под стол, чтобы скрыть предательскую дрожь. Не стоило ей храбриться и бросаться в омут, из которого пока не имела возможности выплыть.
- Ты помнишь? - гаркнул Эрдем, ударив кулаком по столу.
Вздрогнув, Нихал тут же отозвалась:
- Я сказала, что ты заслуживаешь большего, чем ничтожную трусиху, беспрестанно оглядывающуюся назад.
- Какая же часть прошлого тебя пугает? Что такого случилось в твоей жизни, что вынудило тебя отказаться от восхитительных мечт, которые мы делили на двоих? Я приехал сюда за ответами именно на эти вопросы, Нихал. И я никуда не денусь до тех пор, пока не отыщу их. Я клянусь.
Эрдем произнёс последнее предложение с пугающей решительностью, как будто данное обещание воплотилось в его священное предназначение. А что, если мужчине удастся достичь поставленную цель раньше, чем Нихал сумеет превозмочь укоренившиеся под коркой фобии? Нет, этого нельзя допустить.