Бехлюль поднял на неё голубые глаза, в которых бушевали волны тоски:
- Как тебе удалось отпустить ситуацию и простить мне ту боль, которую я тебе причинил?
Женщина пожала плечами и выдала краткий и лаконичный ответ:
- Это жизнь.
Бехлюль не удовлетворился скомканной репликой, но настаивать на построении распространённого предложения не решился. Тем более, что стрелки часов перевалили за цифру восемь, а это означало только одно: трудовые будни водителя-охранника были в самом разгаре. Примчавшись к особняку Эрдалов на скорости, превышающей все допустимые нормы, мужчина надеялся избежать выговор со стороны придирчивого Зафера. Но начальник службы безопасности сердито сдвинул брови, делясь со вновь прибывшим долей неконтролируемого раздражения. Бехлюль виновато понурил голову в попытке вызвать жалость к своей никчёмной персоне, но, судя по застывшему бесчувственным камнем лицу, Зафер не покупался на детские забавы.
К спасению провинившегося сотрудника вовремя подоспел Селим, который окликнул мужчину у гаражных ворот:
- Постой-ка, беглец. Нам надо переговорить кое о чём.
Выпустив задержанный от напряжения воздух через рот, Бехлюль поприветствовал приятеля сдержанным рукопожатием, чтобы не привлекать внимание неуместным панибратством:
- И тебе доброе утро.
- Оставь вступительные речи, - отмахнулся Селим, - Бахар с утра пораньше занялась расспросами о твоём прошлом.
- Вот как? - не очень удивлённо полюбопытствовал Бехлюль, поскольку пристальный интерес госпожи к неприятным подробностям его жизни не был для него в новинку, - И что ты рассказал?
- А что я расскажу? Мне толком ничего неизвестно, поэтому врать не пришлось. Однако то, что знал, я, уж прости, всё-таки выложил. То, что ты десять лет по заграницам скитался без гроша в кармане, в долги влез, как мы познакомились в том странном баре, как я тебя в неожиданное путешествие втянул и так далее.
- Спасибо, что как минимум предупредил.
- Ты особо не напрягайся, - подбодрил друг, - Типичная процедура выяснения репутации. Каждый работник проходит через это, чтобы завоевать доверие работодателей.
– Доверие, говоришь? А можно ли доверять работодателю, который собирает о тебе сплетни за спиной?
- Моя кузина не такая плохая, как ты думаешь, просто супружество с одним из самых авторитетных людей страны накладывает определённый отпечаток на образ поведения, - ухватился за нелепые оправдания Селим, - К тому же, раньше, когда Салих занимался домашним трудоустройством, у неё не возникало необходимости перепроверять источники информации и подлинности рекомендаций.
- Я понимаю, - выдал Бехлюль, стараясь зарубить на корню бесперспективную беседу. Да и какая ему разница, если заносчивая и надменная богачка, изнывающая от скуки, вдруг захочет обнародовать тщательно скрываемые сведения скандала, в котором уличили её телохранителя? Совершенно никакой. И всё же по какой-то необъяснимой причине очевидная зацикленность Бахар на жизненном багаже Бехлюля и её нечестные манипуляции поставили под особую важность вопрос доверия. Мужчина не находил в себе сил противостоять сосущему под ложечкой напряжению, в которое способен был вогнать единственный намёк на то, что госпожа сомневалась на его счёт. Бехлюль жаждал разорвать оковы подозрения и скептицизма. Вот бы он мог открыться женщине без риска обнажения сокровенной части.
- Ты когда-нибудь влюблялся? - Селим резко изменил направление беседы.
Бехлюль облокотился о стену гаража, чтобы не потерять равновесие, из которого его вывел заданный другом вопрос:
– Влюблялся сотни раз, а любил всего один.
– Так ты от любви бежал на край света?
– Убежал бы и дальше, да только бесполезно. Эта любовь всегда внутри тебя, - мужчина окунулся в лирические отступления с налётом лёгкой философии, - Словно волшебный цветок. Ты можешь перестать за ним ухаживать, томить в засухе и лишить света, а он всё равно будет прорастать, хорошеть и благоухать тебе же на погибель.
- Просто... видишь ли, - с непривычной для столь решительного человека скромностью и неуверенностью начал Селим, - я познакомился с одной девушкой по имени Айсун. Она озорная хохотушка, если попросишь описать в двух словах. Я провёл в её компании всего пару дней, и уже, кажется, не в состоянии ни есть, ни спать, не думая о ней. Можно ли подобное приписать к признаку любви?