- Не прощаюсь и жду с нетерпением того момента, когда мои игры с тобой не пройдут.
После времени, приятно проведённого в компании Нилюфер, парню предстояло свидание с приёмной комиссией. Все её члены сразу же завалили Бюлента грудой интеллектуальных вопросов для проверки его знаний по нескольким важным предметам и, взяв перерыв ради длительного совещания, выказали сожаление по поводу его исключения из Оксфорда. Парень понял, что в крупных водах ему ловить нечего, и приготовился с позором покинуть лучшее учебное заведение страны, когда его пессимистичный настрой внезапно вскочил на вершину оптимизма. Преподаватели пожелали абитуриенту удачного обучения и выразили сочувствие из-за того, что при попадании на выбранный факультет ему придётся начать курс политологии с самого начала. Однако повторное просвещение Бюлента ни капельки не волновало, так как он не только хорошо помнил большую часть пройденного в Лондоне материала, но и, что намного значительнее, добился поступления собственными силами, без привлечения папочкиных обременительных связей.
Поход в университет выдался удачным и прописался прекрасным бонусом к встрече Бюлента с красавицей-соседкой, но, кто бы мог подумать, что всего какие-то полтора часа среди учёных-интеллигентов вгонят парня в жуткую скуку и тоску. Каким образом он будет учиться, если уже на первых этапах образовательный климат утомляет?
Бюлент прошёлся пешком по улице Фуатпаша и забрёл в маленький и неприметный зоомагазин. В детстве парень, как и любой другой ребёнок на свете, грезил о том, чтобы завести преданного питомца, с грустью провожающего хозяина из дома поутру и с обожанием встречающего его вечером. Однажды Бюлент набрался храбрости и запросил у отца целых трёх собак, но тот, естественно, ответил отказом и запретил когда бы то ни было затрагивать этот вопрос вновь. Наивный и послушный мальчик тогда махнул рукой на несбывшиеся мечты, но теперь он превратился во вполне взрослого и адекватного человека, независимо от порицаний и упрёков обидчивой родни, и имел возможность завести как минимум одного четырёхлапого друга.
Парень подозвал работника магазина, чтобы проконсультироваться о потенциальном приобретении, выспросить про наиболее милые и верные породы и разузнать о специфике ухода о каждом из её представителей. Сотрудник как раз углубился в детализацию особенностей мытья и укладки чау-чау, когда в дверях показалась Севиль. Работник зоомагазина мгновенно переключился на вошедшую даму:
- Добрый день, госпожа.
- Я пришла за эксклюзивным кормом, который заказывала для Принца, - небрежно, словно особа королевских кровей, обращающаяся к никчёмному слуге, бросила женщина.
- Я принесу. А вы, пожалуйста, подождите, - попросил Бюлента работник и скрылся в районе подсобки.
- Приветствую тебя, Севиль, - не очень радушно встретил парень.
- Знаешь, нам ни к чему общаться при дневном свете.
- В таком случае, нам не стоит видеться вовсе, - предложил Бюлент.
На непроницаемом лице женщины отразился испуг, и холодность в её тоне сменилась на приветливость:
- Нет, милый, я не это имела в виду.
– Зато я имел в виду именно это, - заявил Бюлент: ему надоели тайные вылазки из её окон и диктаторские замашки, лучше поставить точку в неравных отношениях, пока для этого представился отличный шанс, - Не стоит затягивать, по-моему. Мы отлично развлеклись, настала пора нашим путям разойтись.
Бюлент шагнул по направлению к выходу, но Севиль ухватилась за рукав его рубашки в стиле кэжуал с узором в яркую полоску.
- Бюлент, давай успокоимся. Не будем рубить сгоряча.
- Севиль, я выразил своё мнение, - слабым полукруговым движением плеча сбросив руку женщины с сиркасеровой ткани, объяснил парень, - От твоих уговоров оно не изменится. А теперь… Бюлент убегает.
Молнией вылетев наружу, он едва не рассмеялся от счастья: какая же лёгкость внезапно наполнила его душу. Когда без кровопролитного боя Бюлент отвоевал непоколебимую свободу и отделался от докучливой любовницы, ничто не мешало ему пуститься в невероятное приключение по взятию неприступной крепости с очаровательным именем Нилюфер.
Севиль
Севиль вернулась домой в ужасном настроении. Она накричала на служанку Мелек, когда та открыла ей дверь и встретила вежливым пожеланием "добро пожаловать", нахамила матери, которая похвалилась новыми покупками, и проигнорировала озадаченного столь вопиющим поведением отца. Девушка не захотела отчитываться перед остальными обитателями дома и продолжила вымещать на них раздражение при помощи недовольных закатываний глаз, оглушающего хлопанья дверей и безосновательных придирок.