Сидя тут в окружении остатков своей семьи, я постепенно успокоилась и даже сердитый и задумчивый взгляд Эркана в конец убедил меня в том, что, по сути, в семье ничего не изменилось. Как всегда уверенная в себе тётушка Буре и абсолютно разные и в то же время такие одинаковые братья близнецы. Добрейший души пёс Малыш, который никогда не переставал вилять хвостом.
-Обманщица.-с каким-то не поддельным отвращением произнёс Эркан- эта чокнутая обманщица за 2 года тебя так ничему и не научила. За, что мы платили ей?
-Если бы ты хоть раз меня навестил, то знал бы все и без моего побега из этой богадельни, чему мы там «обучались»- прыснула я ядом. Брат, потупив взгляд опустил его вниз- Думаешь мне там сладко было? – Эркан продолжал сидеть с каменным лицом с большим интересом изучая трещину на деревянном столе цвета янтаря, – а все это было твоей идеей, отправить меня туда. Ведь мы могли найти наставника в племени. Ну, а ты? Ты один из сильнейших стихийников долины и подгорья. Если ты хотел избавится от меня, так бы и сказал.
Взгляд старшего брата двумя синими кинжалами врезались в меня, тут же появилось желание отвести взгляд, о чем и сигнализировало все тело. Зачесался нос, закружилась голова, а к горлу подступил комок, но раз бороться то до конца.
-Я ошибся- казалось глаза присутствующих округлились до размера тарелок с крольчатиной, и даже всегда радостный пёс Малыш затих в ожидании. Дала бы руку на отсечение, я от них мало чем отличалась.-Я ошибся и был не прав, меня дезинформировали, а я как глупец поверил в её рассказ как она искусна.
-Не удивительно- ответ прозвучал чересчур резко, хотя я не хотела продолжать перепалку прошлого- потому как она стонет- с лёгкой ухмылкой на лице продолжила я- можно подумать, что она правительница Караэнтала. Улыбка, закончившая этот бессмысленный спор, об уже не вернувшем прошлом тронула всех сидящих, а заразительный смех прошёлся по каждому мною любимому лицу.
***
Разборки в школе заняли больше одного лунного цикла. Разъярённые родители, которые отправляли своих детей учится в лучшую школу «магических сил воды» - не более чем прикрытие для паба. В котором отдыхали местные люди из союза, а ученики там появлялись лишь для того, чтобы выполнять грязную работу. Бегаим говорила, что труд закаляет нас. В ту последнюю ночь, моего прибывания в этом отвратительном месте, я осталась разгребать остатки ночной попойки. Порой мы все так уставали, что оставались на ночь в комнате для гостей. Комнатка, больше походившая на чулан для мётел, была без удобств, именно поэтому её крайне редко снимали.
Я уже начала засыпать как местный пьянчуга в поисках ночлежки зашёл не в ту дверь и остался без хозяйства. Во время обучения, общение с родственниками было запрещено, позволено было лишь раз в месяц навещать детей. По словам Бегаим это отвлекает и вредит обучению. Конечно сказать, что нас совсем ничего не научили будет ложью. Это была база- по освоению нашей стихии, бытовая магия и расширению внутренних запасов, а ещё мы не плохо научились наполнять воду и быстро смывать блевотину с пола, когда очередной член союза не рассчитал выпитого. Конечно, ни о каких защитных и боевых заклинаниях не могло быть и речи, как было заявлено. Никаких уроков по стрельбе из лука, владение мечом и копьём.
Так наше племя из разъярённой толпы превратилось в столпотворение хаоса не понимающее, что делать дальше. Каждой клеточкой я ощущала нарастающую панику своего народа, которым никак не могла помочь. Открытие вообще такой школы под руководством сомнительной персоны было обречено на провал, но занятые родители, которые должны были добывать пропитание и у которых на обучение детей совершенно не было времени. Только радовались, что вообще такая школа есть. Отдавая без доли сомнения своих детей.
Испокон веков наше племя воды служило верой и правдой народам стихий. Изгнав нас из долины в подгорье, они лишили себя магии воды, а нас бросили выживать у границ, где с одной стороны были люди, а с другой простирался лес. Тёмный и безграничный, кишащий джинами, буками и другой разнообразной нечестью. Люди называли его Карангы, что в переводе с древнего языка иных означало Тьма.
Войны людей и стихийников, что торговали шкурами буков, в ночь полной луны выходили на охоту рассказывали о странных существах сплетёнными из тьмы и не способными пересечь реку Чу, что охранным кольцом защищала горы, подгорье и долину от неведанных существ, не имеющих плоть и пожирающих души тех, кто свернул с тропы.