Вспоминаю, как прямо из вагонов, бросали в бой прибывающих из России Сибиряков. Варшава была освобождена, но какой ценой? Много могил было на пути их наступления.
В ноябре 1914 года, на фронте между реками Вислой и Пилицей происходили ожесточенные бои, названные «Лодзинской операцией». Генерал Ренненкампф налегке, взяв с собой только Оперативное отделение и Полевой эскадрон, выехал в гор. Сохачев, откуда лично руководил этой операцией.
Бои протекали с переменным успехом. Но одно время 2-ая немецкая армия была нами окружена. В Варшаве были заготовлены уже целые составы поездов для принятия пленных немцев. Но нерешительность Начальника 2-ой Сибирской дивизии генерала Геннингса позволила германской гвардейской дивизии Лицмана вырваться из окружения, в которое она попала под Лозью. В этом обвинили Ренненкампфа и он был отрешен от командования армией.
Командующим I Армией был назначен генерал-от-кавалерии Литвинов, а Начальником штаба генерал-лейтенант Одешелидзе, оба Георгиевские кавалеры. Генерал Литвинов, в сравнении с ген. Ренненкампфом, был спокойный, флегматичный старик, сидевший все больше в своей комнате и никогда к войскам не выезжавший. Всем заворачивал ген. Одешелидзе.
Как-то, когда Штаб армии был расположен на одном Сахарном заводе вблизи Варшавы, ген. Литвинов, во время обеда, обратился с вопросом к Заведующему службой связи подп. Бесядовскому: разыскал ли он лейтенанта Подгурского? На что Бесядовский ответил, что найти Подгурского не удалось. «Сейчас же на автомобиле пошлите офицера разыскать Подгурского и передать ему мое приказание», сказал Командующий.
Бесядовский сразу встал и осмотрев, сидящих за столом офицеров, обратился ко мне: «Штаб-ротмистр князь Ишеев, пожалуйте со мной». Придя в Общее отделение Штаба армии, подп. Бесядовский рассказал мне, что в тыл к нам прорвались два немецких эскадрона и наводят на наших путях сообщений настоящую панику. Команда автомобильного броневого взвода лейт. Подгурского по телефону ему разыскать не удалось. По имеющимся у него сведениям, но не точным, он ночевал в деревне такой-то.
— Постарайтесь его найти и передать приказание Командующего армией: атаковать эти немецкие эскадроны и прогнать их за линию фронта.
Долго я блуждал на автомобиле и только под вечер, и та случайно, обнаружил автомобильный взвод и передал Подгурскому приказание Командующего. Он блестяще атаковал эскадроны и заставил их убраться домой.
За это дело Подгурский получил Георгиевский крест, Бесядовский Георгиевское «золотое» оружие, а я Анну 4 степени, т. е. темляк на шашку, что в обиходе называлось «клюкву».
В ВАРШАВЕ
Как-то вызвал меня Дежурный генерал и сказал, что из Штаба фронта получена телеграмма о командировании в Варшаву, в распоряжение генерала князя Туманова, одного офицера и предложил мне туда ехать. Я с удовольствием принял эту командировку: пожить в таком городе как Варшава, после разных перепитий, был большой соблазн.
В Штабе армии я, между прочим, узнал, что Великий князь Николай Николаевич, при посещении Варшавы, нашел там большой беспорядок: много с фронта офицеров, пьянство среди них и полный развал у этапных комендантов. Вызвал из Вильно князя Туманова и приказал ему навести в Варшаве порядок.
Инженер генерал князь Туманов, впоследствии Начальник Петроградского военного округа, был на редкость строгий и очень требовательный человек. Кроме меня, в его распоряжение были командированы еще по одному офицеру из 4-ой и 5-ой армий. Рассылал он нас, ежедневно, во все концы Варшавы для ревизий, с правом пользоваться его именем. Подтянул всех здорово.
Но вскоре Туманов вернулся в Вильну, т. к. было образовано Варшавское генерал-губернаторство и на эту должность назначен из Ставки генерал Енгалычев. При нем формировалась военная канцелярия и я перешел в его распоряжение.
Жизнь в Варшаве била ключем. Театры, рестораны, цукерни были полны народу. Было много приезжих и не чувствовалось, что в 50-ти верстах от города начинается уже фронт.
Работы у меня было много, т. к. Начальник канцелярии полковник Олсуфьев, бывший раньше адъютантом у генерала Скалона и знавший поэтому хорошо Варшаву, сопровождал всегда в поездках Генерал-губернатора, а всю работу по канцелярии взвалил на меня.
В канцелярии, которая помещалась в Уездовском замке, у нас толпилось всегда много народу, получавшего разрешения для поездки на фронт. Среди этой публики бывали очень интересные личности.