– Ты хотела, чтобы я это нашла? – Она посмотрела в прозрачное лицо матери.
Та кивнула и прижала ладони ко рту, а потом к сердцу.
– Ты меня любишь? – поняла её жест Ольга и прошептала: – Я, наверно, тебя… тоже.
Мать улыбнулась и растаяла.
Дочь вскрикнула:
– Погоди, я столько хотела сказать тебе!
В ответ не раздалось ни звука, только груша тихо шелестела листвой. Ольга ощутила, как ветерок шевелит полами разорванной рубашки, и трава холодит босые ноги. Она вернулась в дом, включила на кухне свет. Расправила тетрадный листок в клеточку.
Серёженька, я очень тебя люблю. Несмотря на то, что ты бросил нас с Олей, я всё равно не могу выбросить тебя из сердца. Я так скучаю по тебе. Молю бога, чтобы ты приехал до того, как я умру и забрал нашу дочь. Марина много делает для меня и Оли, но, видимо, я неблагодарная, потому что не доверяю ей. Может, это чувство вины не позволяет мне хорошо относиться к сестре? С каждым днём мне становится хуже. Уже нет сил обнять Оленьку. Я всё время думаю, что с ней будет после моей смерти. Сережа, милый, приезжай!
Настя.
Буквы на пожелтевшем листке бумаги стали расплываться у Ольги перед глазами. Слёзы заструились по щекам.
«Погоди, папенька, если ты завтра появишься на кладбище, я всё выскажу тебе. Она любила и ждала тебя до последней минуты», – всхлипнула Ольга.
Вытерла подолом рубашки мокрое лицо и уселась на стул. Сколько времени так провела, не заметила. Очнулась от того, что озябла. Утренняя прохлада вливалась в открытую дверь и распахнутые окна. Ольга поднялась, сполоснула грязные ноги в тазу, полила с кружки на руки, умылась. Достала из сумки чистую футболку, переоделась и легла в кровать.
Утро встретило её гомоном птиц за окном, криками петухов и лаем собак.
«Деревенская тишина», – хмыкнула Ольга, потягиваясь. Она скосила глаза на настенные часы. Они снова стояли. Стрелки замерли на двух ночи. Зазвонил телефон. Ольга схватила трубку со стула.
– Привет, солнышко! Не разбудил? – раздался весёлый голос мужа.
– Петухи сделали это за тебя.
– А мы с Никитой уже соскучились по тебе. Завтра суббота. Приедем и посмотрим на наследство богатой невесты.
Ольга обрадовалась:
– Конечно, заодно и решим, что делать с домом.
Она легко вскочила с кровати, умылась, поставила чайник на плиту. С души спала тяжесть, теперь Ольга знала: мама всегда её любила.
Позавтракав разогретыми на сковороде вчерашними пельменями, выпила чаю, нарядилась в льняные брюки и нарядную светло- голубую блузку. В заросшем травой палисаднике срезала белые пионы.
Возле дома на лавочке восседали давешние знакомые старушки. На вопрос гостьи, как пройти к кладбищу? Ответила Катерина Ивановна.
– Пройди проулком на другую улицу, поверни направо и до конца. Рядом с ореховой рощей кладбище.
Ольга поблагодарила.
Минут через тридцать показалась околица деревни. Грунтовая дорога превратилась в укатанную земляную. Огромные ореховые деревья заслонили половину неба. Ольга приблизилась к погосту – деревня мёртвых оказалась гораздо больше, чем Антеевка живых. Она минула открытые настежь ворота и двинулась по центральной аллее. Чуть в стороне от аллеи Ольга заметила мужчину. Он, склонив голову, стоял возле небольшого памятника из серого гранита. Ольга была уверена – это отец. Мужчина поднял седую голову. Его глаза расширились от удивления.
– Настенька, – произнёс он хриплым голосом, покачнулся, хватаясь рукой за грудь.
Ольга, ругая себя последними словами, рванулась к нему и успела поддержать, не давая ему упасть. Осторожно усадила его на лавочку возле могилы. Мужчина учащённо дышал и переводил взгляд с её лица на фотографию на памятнике. Ольга тоже посмотрела на овальное фото. А ведь они действительно очень похожи. Глянула на изрядно помятый букет пионов. Часть лепестков осыпалась на землю, часть попала на пиджак отца.