… Я даже не знаю, где я нахожусь. Очнулась в больнице. Сказали, что нашли меня без сознания где-то в переулке…
Дыхание перехватило. Микке стало трудно дышать. Слезы катились по её щекам, она больше не могла удерживать их в себе. Миккела притянула колени к груди и уткнулась лицом в них. Затем подняла голову, закрыв лицо руками, и еще некоторое время сидела в таком положении совсем неподвижно. Когда она всё же смогла успокоиться, то сохранять стойкость было невозможно. Это горькое послевкусие было слишком острым, чтобы не вызывать неё новую волну переживаний. Хаотичные мысли чередовались одна за другой. В определенный момент на лице То’рэлли появилась гримаса отчаяния.
– Что будет с Кристофером, если он об этом узнает. Его безумная теория с новыми фактами совсем сломает его, – подумала Миккела.
Собравшись с духом, она все же продолжила изучение дневника. Ночь прошла незаметно. В одной из записей в личном дневнике Бэкки, То’рэлли обнаружила интересную заметку, в которой говорилось о том, что после пребывания в больнице она уехала в г. Инсэнати под новым именем Кааль Канти. Эта информация повергла её в больший шок.
« 6 июня 2004 г.»
… По распределению попала в психиатрическую больницу Святого Иммануила. Сегодня мне дадут первого пациента. Я взволнована…
… Четырнадцать лет безрезультатных поисков. И вот, человек, сломавший мою жизнь. Человек, по вине, которого, мой сын рос без матери. Грэгори Шоу…
… К сожалению, память человека не имеет абсолютной власти над его чувствами…
…Он заговорил со мной, как только я прошла в палату. Мне было сложно сдерживать эмоции. Громкая пощечина. Затем долгие разговоры…
Последняя запись в дневнике оборвалась.
– Многое прояснилось с делом Грэгори Шоу, но загадка таинственной пациентки, напавшей на Кавальканти, остается не раскрытой, – тихо произнесла Миккела. Отложив улики, она легла на диван с тяжелыми мыслями о том, как ей всё же поступить.
– Не рассказать, проявить недоверие. Рассказать – возможность сломать его, но быть честной. Как же быть? – с этими тяжелыми мыслями Миккела провалилась в глубокий сон.
Кто же ты на самом деле?
Мысли о деле не отпускали Кавальканти. Приняв прописанные врачом лекарства, так же не принесли пользы. Встав с кресла качалки, он подошел к окну. Еще стояла ночь, и перед ним в темноте раскинулся тёмный молчаливый лес. Полная луна заметно сияла, но, как всегда в безветренные дни, света было недостаточно, чтобы различить что-нибудь среди деревьев. От этого места веяло умиротворением, даже какой-то особенной благоприятной тишиной. На улице была сильная влажность, поэтому открыв окно, запахло болотной сыростью. Когда, наконец, стало светать, на востоке появилось лёгкое багровое сияние. Утро было холодным, но ясным. По небу плыли пушистые облака.
После бессонной ночи Кавальканти почувствовал головную боль. Приходилось напрягать всю силу воли, чтобы держать глаза открытыми, а мысли – ясными. Тиканье наручных часов усугубляло недомогание. С каждой секундой оно становилось все громче и громче, пока не стало слышным даже в собственных мыслях. Кристофер незамедлительно снял раздражающий его аксессуар. Затем он прошел в ванную комнату и ополоснул лицо ледяной водой. Вернувшись в комнату, Кавальканти сел на диван и вновь уставился в открытое окно.
Прошло несколько часов, прежде чем головная боль Кристофера стихла. Как только Кавальканти обнаружил отсутствие мобильного, то сразу сообразил, что мог оставить его у возлюбленной. День предполагал насыщенные события, поэтому без телефона было не обойтись.
Перед тем как посетить утренний приём Терри Ньюман, Кавальканти решил заглянуть к Микке. Для этого следовало переодеться. Кристофер открыл шкаф и достал практичный красно-коричневый костюм с клетку. Как только Кавальканти привел себя в порядок, он спустился в прихожую. Набросив пальто, Кристофер вышел из дома.
Так как телефона при себе у него не было, пришлось воспользоваться общественным транспортом. До ближайшей остановки пришлось идти довольно далеко – от дома до второго перекрёстка, свернуть направо, а затем пройти еще один перекресток и завернуть налево. В целом у него на это ушло около пятнадцати минут. Автобус подошёл почти сразу – вместо того, чтобы сесть на сиденье в центре салона, как обычно, мужчина предпочел выбрать заднюю часть салона транспортного средства. Сев возле окна, Кристофер начал рассматривать сменяющиеся пейзажи города. Они были не особо впечатляющие, но вполне привычны для жителей Инсэнати.