– О чём именно? Мы не общались с Гарнет более пятнадцати лет. Всё этот истукан Роули, – мужчина криво ухмыльнулся, – Она и карьеру ради него завершила. А у неё был такой потенциал, – видимо пара глотков бренди значительно ударили в голову, – И я искренне не понимаю, что она нашла в нём. Впрочем, не стоит мне развивать эту тему, – закончил пожилой мужчина.
– Гарнет находится в доме престарелых «Равенсвуд Лайт». У неё деменция. Мне жаль, – Микка сочувствующе посмотрела на него.
– Милая Гарнет, – в глазах мужчины появились слёзы, и он быстро вытер их, отдав дань этикету, который свято соблюдал в течение всей своей жизни, – Спасибо. Пожалуй, я хотел бы побыть наедине со своими мыслями, – ошарашенный новостью произнёс он.
– Да, понимаю, – кивнув, Микки встала из-за стола, не забыв захватить с собой папку, – Мистер Эдвардс, мы не выбираем обстоятельства, но думаю, стоит её навестить в любом случае, если она Вам всё еще дорога, – сказала она перед своим уходом.
– До свидания, миссис То’рэлли, – ответил мужчина.
Когда девушка вышла из ресторана, она обернулась, и в окне увидела мистера Эдвардса, с печальным и сострадательным видом застывшем с бокалом в руках. От этого её сердце сжалось сильнее. Чтобы не расплакаться, она решила поскорее покинуть это место.
Вечером Кристофер сидел в «SNF» и никак не мог дозвониться до Харви Эдвардса.
– Чего кислый сидишь, бродяга – симпатяга? – Спросила только что подошедшая Софи.
– Да я должен был встретиться с одним человечком. А он весь день не берет трубки и не отвечает на смс.
– Ну, ты раньше времени не переживай. Еще придет. Смотри, как погода испортилась. Такси стоит бешеных денег. Да и пробки, – подбодрила близкая подруга.
– Очень на это надеюсь. Как твои дела?
– Ничего, работаю, сутки напролет, впрочем, как и мой муж, – ответила Софи, – Может тебе хотя бы чаю принести?
– Буду безмерно благодарен.
Парму минут спустя Софи вынесла в зал к столику Кавальканти свежезаваренный чай.
– Наслаждайся, мистер, – улыбнулась она.
– Спасибо, Софи, – Крис кратко улыбнулся.
Софи ушла работать, а Кристофер остался сидеть в зале и ждать назначенную встречу. Так прошли пару часов. Харви Эдвардса всё не было. Постепенно гостей в баре становилось всё меньше. Третья чашка чая не принесла ожидаемого успокоения, и Кристоферу вдруг стало ясно, что мистер Эдвардс не приедет вовсе. Кавальканти встал, подошёл к окну, но не увидел на улице ничего, кроме падающего снега. Его снова охватило отчаяние.
– Это дело ускользает из моих рук, как только я приближаюсь к разгадке, – продумал про себя Кристофер.
Сзади к нему подошла Софи.
– Ну, может, случилось чего. Думаю, он обязательно перезвонит. Я просто уверена в этом, – ободряюще проговорила Софи.
– Ага. Точно, – обернувшись к подруге, буркнул Крис.
– Ладно, ты совсем поник. Я могу как-то тебе еще помочь?
– Не знаю, Софи, совсем не знаю. Тут и сорванная встреча. И Микке нагрубил и всё как-то комом и бац, – мужчина дернул вниз руками.
– С психотерапевтом то всё в порядке? – спросила Софи.
– Уверили, что я не псих. Не беспокойся, – шутливо ответил Крис.
Девушка широко улыбнулась. Её милые ямочки на лице стали особенно заметны.
– Наверно, я потихоньку соберусь домой. Ловить здесь уже нечего.
– Ты, получается, снова живешь у себя?
– Да, ночь прошла тяжело. Плохо спал, но в целом, это лишь первый день.
– Думаю с Микки, Вы еще помиритесь. Она мне показалось очень добродушной и совсем необидчивой. Всем нам иногда нужно просто остыть, – закончила она.
– Ты как всегда права, Софи. Ладно, я полетел, – сказал Кристофер. Накинув пальто, он покинул заведение.
Вторая ночь подряд для Кавальканти вышла такой же неудачной. Сон был поверхностный, он часто просыпался в холодном поту.
Сам себе враг
Кристофер заметил за собой, что страдает все сильнее и сильнее. Со второй бессонной ночи он уже почти не спал. Очередное утро началось с пульсирующей головной боли. Плохой сон накладывал определенные трудности. Синяки под глазами стали еще темнее и приобрели болезненно сине - желтый оттенок. Таблетки лишь на время заглушали мигрень. Где-то глубоко в душе Кристофер понимал, что еще пару таких бессонных ночей - и он точно сорвется. За несколько дней его коллекция домашних цветов пополнилась парой новых растений.
Дни проходили не заметно. Микка избегала любых встреч, что причиняло Кристоферу почти физическую боль. Справится Кристоферу, по мере сил, помогала Софи, но её усилий было недостаточно. Он уже знал, чего ждет от него общество, и был уже не в состоянии бесконечно подыгрывать его запросам. На него обрушилась странная, гнетущая депрессия. Ему не хотелось ничего делать и ничего говорить, он проводил много времени в одиночестве. В один из вечеров он не выдержал, и решил навестить То’рэлли, чего бы ему этого не стоило. За время, проведенное наедине с собой, у него выработалось предчувствие, не зря его мучает неизвестность, ведь за ней стоит какая-то чудовищная сила, способная порвать его жизнь на куски.