Он крепко держал мою руку, словно в тисках, а меня прошивало жаркими волнами от кончиков пальцев и по всему позвоночнику, истома растекалась бурлящей лавой где-то в районе живота, и еще ниже, где стало мучительно подергивать за все нервные окончания. И мне стало так стыдно и страшно от этих ощущений, которые бесконтрольно взрывались во мне. А еще он смотрел, так пытливо, словно прекрасно считывал всю ту бурю эмоций, что прошивали мое тело. Я трусливо потянула свою руку из его захвата. Но Илья придержал мой порыв, не дав руке выскользнуть полностью. Наши подушечки пальцев соприкасались и в этом соединении было что-то очень интимное и нежное.
- У вас красивые руки, а смотреть как вы ими работаете огромное удовольствие. Я не смог уйти, стоял вот здесь и смотрел. А вы словно в своем мире, в своем космосе, не дотянуться. Никогда не видел столь увлеченных своей работой людей. И прерывать вас не хотелось, это было бы преступлением.
- Спасибо за комплимент, надеюсь, что он искренний. – я смутилась от его слов еще больше, вновь потянула руку, и он наконец отпустил ее из мучительного плена. Было необычно слышать такие взрослые слова от такого молодого парня. А я, если честно, до сих пор не научилась принимать похвалу, мне всегда казалось, что это было излишне, что я не заслуживала.
- Это правда, - твердо сказал он.
- Илья, уже поздно, и я очень устала.
- Я могу вас проводить.
- Спасибо, не надо, - слишком поспешно ответила я. Он нахмурился, потом пожал плечами, резко, даже скорее раздраженно, подхватил рюкзак и быстро вышел из помещения. А я, наконец, облегченно вздохнула.
Даже мысль о том, что я еще какое-то время останусь с ним наедине, рождала во мне панику. Он подействовал на меня как терпкое вино, я опьянела сразу от его присутствия рядом. Господи, что за наваждение такое? Я - взрослая женщина, а меня трясет от нервного волнения рядом с незнакомым парнем, который младше меня. Какая-то странная необъяснимая химия, которая притягивает, пугает и раздражает одновременно. Я его не знала совсем, двадцать минут общения это ничто…а меня лихорадило от его взгляда и близости.
И на сердце так тепло стало от его слов. Я их прокручивала в голове пока шла домой и улыбалась.
Зашла в магазин около дома, купила для Юры пиво, себе творожную запеканку на утро. Все как обычно, из года в год.
В прошлом месяце мне исполнилось двадцать девять лет, детей у нас не было и скорее всего не будет. Юра в детстве болел свинкой и очень тяжело. К врачам мы не ходили, но из медицинской литературы узнала, что эта перенесенная болезнь может влиять на возможность мужчины иметь детей. Мы однажды обсудили эту тему с мужем и пришли к решению, что если до тридцати пяти лет так и не обзаведемся собственным потомством, то усыновим ребенка из нашего детского дома, а может быть и не одного. Я поддерживала связь с директрисой приюта, и она каждый раз причитала, что детский дом переполнен, а средства и субсидии на его содержание выделяются небольшие и приходится обращаться в благотворительные фонды, а они тоже избирательно оказывают помощь.
А пока на первом месте у меня была моя мечта, до которой мне оставалось совсем немного - защитить диссертацию в сентябре. Четыре месяца и я смогу уйти от мелкой реставрации и заняться полноценно тем, что мне нравится больше всего.
Зашла в квартиру, Юра встретил меня, обнял, чмокнул в щеку, забрал пиво.
- Эмма, как прошел день? – он быстро откупорил крышку и сделал глоток, зажмурился от удовольствия. – Холодненькое.
- Все хорошо. У меня теперь на попечении два студента из моего университета, практику проходят.
- Ясно. – кивнул он, отправляясь обратно в комнату. Я заглянула туда, Юра опять играл в свою любимую компьютерную игру.
- Ты бы хоть проветривал иногда комнату, дышать же невозможно! – поморщилась я от спертого запаха.
- Кошка, не шипи, - улыбнулся широко и обезоруживающе он. – Сейчас проветрю. Я там мясо пожарил с овощами как ты любишь.
- Тебе нужно было идти в пищевой вуз, стал бы поваром, открыл ресторан. Леха тебе тогда предлагал.
- Эмма, - он махнул рукой, отворачиваясь от меня к экрану, - когда это было то! Дурацкие детские мечты.
- Ну, конечно, - вздохнула я. – А сидеть на одном месте это просто предел мечтаний. Помнишь, как мы говорили кем будем, когда уйдем из приюта.