- Эмма, суло чемо (душа моя), ты как всегда прекрасна, - Георгий целует мне руку, обнимает по-отечески. – Леван, куда ты смотришь, э?! Мне бы твои годы! Я бы давно приручил ее! – он смеется. - Здравствуй, здравствуй, дорогой! – приветствует сына Рустама. Потом доходит очередь до остальных гостей.
Нас провожают за стол в отдельном зале. Мы рассаживаемся, и я оказываюсь напротив Ильдара. А он словно не замечает меня, увлечен беседой с блондинкой, которую привез с собой из усадьбы. Кто она? Журналистка скорее всего. Я внутренне пожимаю плечами. Почему меня должно трогать его присутствие и его новая пассия? Почему меня должно трогать, что там в доме он пожирал меня глазами, а сейчас и не смотрит на меня? Почему я злюсь, когда мне это должно быть безразлично?! Почему?!
- Эмма, что ты будешь пить? – мягкий голос Левана отвлекает от той бури раздражения, что поднимается внутри.
- Красное вино, пожалуйста. – машинально отвечаю я.
- Карги. (хорошо) – он погладил меня по спине, потом наклонился и шепнул на ухо. – Расслабься, чемо сихаруло (радость моя), я рядом и никому не дам тебя в обиду.
- Спасибо, Леван. – я накрыла его руку своей и улыбнулась. Он мягко целует меня в щеку, а мне уютно и тепло от его нежности. – Спасибо.
Но стоило мне поднять глаза как я наткнулась на холодный, пронизывающий взгляд черных глаз Ильдара. И только что вернувшееся спокойствие вновь отступило перед той волной холода, которым окатило меня с головы до ног. Он смотрит мне прямо в глаза, в душу и ему плевать, что его пристальное внимание ко мне не остается не замеченным.
- Господин Левков, вы смущаете мою дочь, - раздается голос Рустама. Он говорит спокойно, но это кажущееся спокойствие, которое звучит как предупреждение.
- Простите меня, Рустам, но ваша дочь невероятно красивая женщина, на нее невозможно не смотреть. А я как человек, умеющий ценить красоту, не могу ее не разглядывать. – мягко отвечает Ильдар, прижимая руку к сердцу. – Извините, если мое излишнее внимание было вам неприятно, Эмма.
Эта напускная вежливость, это всего лишь обман, игра. И мое имя на его губах вибрирует и дрожит, а мне кажется, что я горю изнутри, когда слышу, как он его произносит. С придыханием, низким тембром, растягивая, словно смакуя каждый звук.
- Все хорошо, - киваю я, сжимая сильнее руку Левана, а у Ильдара подрагивает уголок рта и трепещут крылья носа, и я чувствую кожей его раздражение, потому что ему сделали замечание. Однако, он улыбается и потом вновь теряет ко мне интерес.
Официант приносит вино, я делаю глоток и терпкий напиток немного расслабляет меня. Рустам захватывает внимание, рассказывает о проектах и планах, и постепенно все включаются в беседу, которая с профессиональных тем переходит на политику, потом на последние мировые новости и течет дальше по извилистым темам, затрагивая разные направления и интересы. Я почти не участвую в разговоре, но с удовольствием слушаю. К нам присоединяются еще близкие знакомые Рустама, которые по воле случая оказались в ресторане. Георгий приводит их к нам и наш стол расширяется. И вот за ним уже шумно и весело, потому что вкусная еда и вино сделали свое сказочное преображение.
- Пойду выйду подышать, здесь так накурено. – предупреждаю Левана перед тем как подняться. Рустам любит курить кальян, поэтому в комнате, несмотря на работающие кондиционеры, все же становится душно от пряных запахов табака и яблочного ароматизатора.
- Тебя проводить?
- Не стоит, я ненадолго, просто проветрить голову. И позвоню Ирме, спрошу, как там Богдаша.
- Возьми, пожалуйста, мой пиджак, вечерами уже прохладно.
- Спасибо.
Я накидываю на плечи пиджак Левана и выскальзываю из-за стола, стараясь не смотреть в сторону Ильдара, который уже во всю обнимается со своей блондинкой, не стесняясь. Он всегда делал, что хотел.