- Он то точно не будет, - усмехнулся Илья уголком губ, его рука накрыла мою, скользнула от запястья к кончикам пальцев, когда он забирал свой подарок. Я вздрогнула от этого неожиданного, трогательного и провокационного жеста, но быстро собралась и натянула на губы дежурную улыбку.
- Конечно не залежится! – воскликнул Петр. – Тем более, что я сделал уже Илье предложение о работе в моей мастерской и он согласился. К моему удивлению! – Петр захохотал своей шутке и отжал меня в сторону, чтобы подойти к парню. – А теперь серьезно, я буду рад видеть тебя среди своих мастеров! – он горячо пожал протянутую Ильей руку.
- Для меня честь продолжить у вас свое дальнейшее обучение.
- Вот и славно, вот и славно! – Петр похлопал его по плечу.
- Вера, а теперь твоя очередь, - позвала я девушку. Она немного стушевалась, но потом подошла ко мне, забрала из рук папку с бумагами и шпатель. Все зааплодировали, а щеки девушки зарделись от такого внимания.
- Могу я вас обнять, Эмма? – вдруг негромко попросила она.
- Да, конечно, - ответила я, шагнула к ней на встречу, ободряющее улыбнувшись и первая распахнув объятия.
- Сука, - услышала я ее шипение на ухо, лишь только Вера обняла меня за плечи, - какая же ты тварь конченная!
Я похолодела внутри, а Вера уже убрала свои руки и невинно, и радостно улыбнулась мне и окружавшим нас коллегам. Никто ничего не услышал, скорее всего все подумали, что она меня благодарила и сделала это на ухо из-за своей скромности. Но также никто не заметил того холодного и презрительного взгляда, которым она окатила меня с головы до ног. Сколько же ненависти было в нем, холодной ярости, злобы. Вот тебе и тихий агнец!
Наверное, все же что-то отразилось на моем лице, когда она отвернулась и отошла от меня. Я проводила ее взглядом и тут же столкнулась глазами с Ильей, который внимательно наблюдал за мной. Я попробовала улыбнуться, но похоже у меня плохо вышло.
- Давайте же выпьем за наших коллег! – голос Петра вновь прозвучал очень вовремя, отвлекая. Все стали чокаться бокалами, говорить разом и громко поздравления молодым людям. А я осторожно пробралась к выходу из кабинета, мне очень захотелось выбраться на воздух.
На улице было жарко, конец июня баловал высокими температурами и солнцем. Несмотря на то, что был уже вечер, зной и не думал спадать. В лицо ударил раскаленный воздух, но мне он показался намного прохладнее, чем градус ненависти, который витал в кабинете Петра. Я прошлась по двору, завернула за угол к столярной мастерской, но дверь в нее была заперта, потом вернулась обратно и села на то самое ведро, привычное место, где курил обычно Илья. Обхватил себя руками и замерла в такой позе, уставившись на серую пыль под своими кедами.
- Что она тебе сказала? – голос Ильи вывел меня из задумчивости. Он присел рядом со мной на корточки, закурил.
- Ничего, - пожала я плечами.
- Не ври мне, - рявкнул он раздраженно, затягиваясь, - что она тебе сказала?
- Не важно, Илья, - покачала я головой, - это всего лишь последствия нашей игры, которые уже кому-то принесли боль. Ладно, давай не будем об этом. Я очень рада, что ты принял предложение Петра. И когда ты приступаешь к работе?
- В сентябре, - Илья сел прямо на асфальте передо мной, выпуская дым вверх, - хочу лето побыть свободным, отгулять свои каникулы.
- Правильно, еще успеешь окунуться во взрослую жизнь, - улыбнулась я. Он сидел рядом, такой близкий и такой недосягаемый для меня. У меня чесались ладони как хотелось дотронуться до его волос, пропустить их между своих пальцев, почувствовать их жесткость. Возможно мои потаенные желания нашли отражение в моих глазах, потому что Илья вдруг осторожно взял обе мои руки в свои и прижался к ним лбом.
- Какие у тебя холодные руки, - удивился он, пряча в них свое лицо, прижимая мои ладони к своим щекам.
- Заморожу тебя, - попробовала пошутить я, потянула руки обратно, и он не стал их удерживать. Смотрел на меня из-под своей челки снизу-вверх, и в глазах его была смесь из сожаления и нежности. Это было похоже на прощание и прощение.