- Больше года, Рустам. Мы впервые увидели это здание зимой прошлого года. В январе. – ответила я.
- Да, точно. Как я мог забыть. – он улыбается своим воспоминаниям. – Ты еще не хотела выходить из машины, сказала, что здесь наверняка водятся привидения.
- Был поздний вечер, а здесь ни одного фонаря, глушь. Соседняя деревня практически необитаемая. Я не трусиха, но было жутко.
- Но как только мы пробрались внутрь дома, - Рустам вновь обнимает меня за плечи и целует в макушку. – Этого человека было не остановить. С огромным фонариком в руках, не ушла, пока не облазила здесь каждый уголок. А потом заставляла приезжать сюда чуть ли не каждый день. Делала зарисовки, схемы. Пчелка моя! – в его словах столько любви. Неподдельной, искренней, теплой, отеческой. Именно она когда-то вытянула меня из болота забвения и боли. Я улыбаюсь в ответ на его слова. Я обожаю этого мужчину. Такого огромного и любящего сердца как у Рустама нет ни у кого. Он прожил интересную и насыщенную жизнь, пережил страшную трагедию, потеряв через восемь лет после свадьбы единственную любимую женщину – свою жену, которая на момент аварии была беременна третьим ребенком. Не сломался, а сумел подняться и воспитать двух сыновей, вырастив достойную смену. Он пример благородства и великодушия. И я считаю его своим отцом, которого обрела в свои тридцать лет. А для него я - его не рожденная дочь. Мы нашли друг друга в этом мире, и я буду до последнего своего дня благодарить за это судьбу. Он подарил мне настоящую семью, которой я никогда не знала. И именно последние семь лет я абсолютно целостный человек. И очень счастлива.
Ильдар хмурится, переводит напряженный взгляд с меня на Рустама, на Левана и обратно. Он явно строит в голове цепочки и не может понять, каким образом мы все связаны между собой. Я вижу, как ходят желваки на его щеках, он явно раздражен и раздосадован своим непониманием ситуации.
Да, Ильдар, за моей спиной такой мощный тыл, что ты и представить не можешь.
Мы обходим особняк еще раз. Меня успокаивает неспешный голос Рустама, который рассказывает гостям историю дома, и рука Левана, на которую я опираюсь. Потом мы спускаемся вниз и выходим в сад через ту самую дверь, где меня настиг Ильдар.
Сад еще запущен, но здесь уже ведутся ландшафтные работы. И я уверена, что ближе к октябрю особняк можно будет выставлять на продажу.
Тимур – преданный водитель Рустама ждет нас на выходе из сада. И как только мы появляемся на дорожке, он выходит из машины и открывает заднюю дверь. Для журналистов и гостей были организованы несколько минивэнов. Отец предлагает Розе поехать на его машине, так как предложение закончить вечер в ресторане остается в силе. Я сажусь как обычно к Левану, и мы неспешно выруливаем от дома первыми. Замечаю Ильдара, который стоит, облокотившись, у раскрытой двери черного внедорожника. А перед ним опять та же блондинка. Ильдар курит, не стесняясь выдыхает сигаретный дым прямо в лицо девушки. Наивная дурочка уже попалась в сети его обаяния. Он ловит взглядом нашу машину, которая медленно проезжает мимо. И даже через стекло я чувствую его холодную ярость, с которой он провожает меня. Но тут же соблазнительно улыбается блондинке, наклоняется к ней ближе и что-то произносит. Девушка кивает головой и, обойдя машину, проскальзывает на переднее сидение. Кто бы сомневался!
Я выдыхаю, прикрываю глаза и откидываюсь головой на подголовник. Внутри все ломит, болит и лихорадит, словно у меня температура. Эта неожиданная встреча вновь отравляет меня, запуская под кожу губительный вирус. Почему я была уверена, что у меня выработался стойкий иммунитет к этому человеку? Одна встреча! И я уже размазана и растоптана.
- Если ты не в настроении, то давай не поедем в ресторан. – слышу голос Левана. – Ты просто сама не своя после встречи с этим мужчиной. Кто он?
- Леван, - я поворачиваю к нему голову, слова даются мне с огромным трудом, они застревают в горле, царапаясь, но я должна произнести эту правду. – Это отец Богдана. И я не хочу, чтобы он узнал о сыне.