- Леван, - я протянула ему руку, и он ухватился за нее, сжал крепко, поднес к губам, - не надо. Мы – семья и это никогда не исчезнет.
- Я горю внутри, Эмма, жгучей неуправляемой ревностью. И мне очень сложно сдерживать себя, когда я вижу его возле тебя, как он смотрит на тебя.
- Леван, не надо. Это лишнее. Пойдем?
- Пойдем.
Мы вышли из машины, и я увидела, что Ильдар стоит у входа в здание и курит. Он смотрел в нашу сторону, наблюдая, как мы приближались к нему.
- Леван, - поздоровался он. – Эмма. Вам нужно подняться в офис?
- Нет, у меня все с собой, - я кивнула на рюкзак в руках Левана.
- Тогда если не против, не будем терять время и поедем. Я посмотрел по навигатору, ожидается пробка через полчаса буквально на выезде из города. Нам бы лучше поторопиться.
- Хорошо.
- Леван, позволь, - Ильдар протянул руку, чтобы забрать мои вещи.
- Эмма, позвони как доберетесь, - Леван обнял меня и поцеловал в висок.
- Не волнуйтесь за свою сестру, я езжу быстро, но аккуратно, тем более когда пассажир ценен для нас всех. – Ильдар подхватил рюкзак, закинул его на плечо и, не прощаясь, пошел к машине. Я последовала следом. Он распахнул передо мной дверь, и я уселась на переднее сидение рядом с ним. – Он всегда такой строгий и следит за тобой? – спросил Ильдар, когда выруливал с парковки. Леван не уходил в здание, провожая нас.
- Да, семья очень печется о том, чтобы меня никто не обижал.
- Считаешь, я могу тебя обидеть? – он взглянул на меня, но я проигнорировала его вопрос. Дальнейший наш путь прошел в полной тишине.
Глава 29
Дорога заняла около полутора часов, нам все же пришлось потолкаться в пробке, хотя Ильдар планировал ее успеть проскочить. Но потом мы выехали на окружную дорогу и там уже не было такого движения как в городе.
Мы остановились перед каменной изгородью с железными массивными воротами, Ильдар вышел из машины, поколдовал немного около ворот, и они стали медленно открываться во внутрь. Мы въехали на дорогу, которая шла через яблоневый сад. На фотографиях, что мы смотрели на презентации, сад не показался таким внушительным и огромным. Мы медленно ехали через него, ветки стучали по корпусу машины. Давно никто не приводил сад в порядок, но он все равно не выглядел запущенным.
Проехав через сад, мы попали к особняку. Двухэтажное здание из белого камня, с большими окнами в массивных деревянных рамах на втором этаже, сейчас они были закрыты ставнями, и небольшими квадратными окнами на первом этаже. Вдоль одной стены протянулся балкон-терраса. Дом хорошо сохранился и был великолепен, несмотря на облупившуюся краску в некоторых местах, потрескавшиеся и рассохшиеся от времени рамы и отсутствие некоторых ступеней в лестнице, что вела на террасу с улицы. Вокруг дома была площадка, где Ильдар припарковал машину.
Я вышла и сделала глубокий вдох, воздух был насквозь пропитан яблочным ароматом, сладким, пряным, слегка пьяным.
- Хочешь посмотреть дом внутри?
- Мы вроде приехали не за этим и особняк не является объектом моей работы.
Ильдар хмыкнул, но не стал настаивать, он лишь сделал жест рукой, указывая направление, в котором нужно идти.
Он шел впереди меня, расчищая дорогу, придерживая ветки, а я шла за ним, невольно любуясь как выступают мышцы под футболкой, когда он активно работал руками. Сегодня выдался очень жаркий день, середина августа.
Мы оказываемся на пустыре, поросшем высокой травой, она доходит мне почти до бедра. Покосившаяся часовня, вложенная из белого камня как и особняк, вросшая в землю, с ржавой дверью, мгновенно приковывает мое внимание к себе. Она небольшая, квадратная, с остроконечной крышей. На стенах снаружи видна дополнительная кладка в виде полусфер, над входом сохранившийся практически полностью – каменный крест. И ни одного окна.
Ильдар пытается открыть дверь, он слегка приподнимает ее и начинает двигать на себя, приминая траву. Я стою рядом и наблюдаю за его попытками с замиранием сердца, из приоткрытой двери идет затхлый прохладный запах, который будоражит мои нервы. Я переминаюсь с ноги на ноги от нетерпения и предвкушения, так хочу поскорее оказаться внутри.