Лиля поднялась, вылила воду, вымыла руки. Движения автоматические. Она выключила свет на кухне и прошла в гостиную. Спать в спальню? Рядом с ним? Она не могла. Она легла на жесткий диван, накрылась пледом, который пах пылью. Прислушивалась к каждому звуку из спальни. Гул телевизора. Шарканье ног. Потом – тишина. Он лег спать.
Она лежала в темноте, глядя в потолок. Грудь ныла там, куда он толкнул. Но сильнее ныло сердце. Оно было полно острых осколков – стыда, страха, предательства Олега и леденящей душу истины: он мог это сделать. И, возможно, сделает снова. А помощи ждать было неоткуда. Она была одна. В тишине после взрыва, который разрушил все, во что она верила. И эта тишина была громче любого крика.