Анна закрыла дневник, её руки дрожали. Ей стало дурно от прочитанного. Она вспомнила рисунки на стенах приюта — детей вокруг фигуры женщины с нечёткими чертами лица. Это была воспитательница… или то, чем она стала после сделки с кем-то тёмным?
***
Чай в чашке уже остыл, но Анна даже не заметила этого. Она поднялась из-за стола и подошла к окну кухни, пытаясь успокоиться. За окном была уже ночь, улица казалась пустой и тихой. Но вдруг её взгляд привлекло движение под фонарём напротив дома.
Там стояла девочка.
Её силуэт был едва различим в тусклом свете фонаря, но Анна узнала длинные волосы и тонкую фигуру.
— Лиза? — прошептала она.
Девочка подняла руку и помахала ей — точно так же, как это было в коридоре приюта.
Анна моргнула — и фигура исчезла.
***
Она отпрянула от окна, сердце бешено колотилось в груди. Её телефон завибрировал на столе так внезапно, что она чуть не вскрикнула от неожиданности. На экране высветился неизвестный номер.
Рука Анны дрожала, когда она взяла трубку.
— Алло? — её голос был слабым и хриплым.
На другом конце линии раздался знакомый голос:
— Анна Петровна… Это я… Лиза…
Анна почувствовала комок в горле.
— Лиза? Где ты? Что происходит?
— Я всё ещё там… Вы должны помочь мне… пожалуйста… — голос девочки звучал умоляюще, но в нём было что-то странное, он казался одновременно близким и далёким.
— Там? Где "там"? Лиза! — Анна почти кричала в трубку.
Но связь оборвалась.
Она несколько секунд стояла неподвижно с телефоном в руке, глядя на экран с надписью "Неизвестный номер". Затем быстро набрала этот номер обратно, но услышала только короткие гудки, номер был недоступен.
***
На следующий день Анна Петровна пришла в школу раньше обычного. Её мысли хаотично кружились в голове, ведь она почти не спала ночью после звонка Лизы и прочтения дневника воспитательницы. Она чувствовала себя так, будто реальность вокруг неё начала трещать по швам.
В учительской она случайно наткнулась на старую фотографию воспитательницы приюта вместе с детьми — её нашёл кто-то из учеников во время уборки школьного архива и оставил на столе для учителей. На обратной стороне фотографии было написано: "Семья навечно".
Анна внимательно посмотрела на лица детей на фотографии… И замерла… Среди них она увидела Лизу.
Это было невозможно! Приют закрылся задолго до рождения Лизы! Но лицо девочки было слишком знакомым, это была точно она, те же большие серые глаза и длинные светлые волосы.
Она почувствовала головокружение и быстро убрала фотографию обратно в папку.
***
Вечером Анна долго сомневалась. То место, где она была вчера, пугало её. Но вопросов было больше, чем ответов. Десять лет не было ничего известно о судьбе пропавшей девочки, и она не могла просто взять и проигнорировать эти странные звонки.
Она опять решилась и пошла в лес в сторону приюта, через некоторое время оказавшись перед дверью заброшенного приюта. Её тянуло сюда необъяснимое чувство — страх смешивался с решимостью узнать правду до конца.
Учительница вновь стояла перед зданием с дневником в руках. Холодный ветер трепал её волосы и заставлял дрожать от холода. Изнутри здания доносился слабый шорох — как будто кто-то двигался внутри.
И вдруг она снова услышала голос Лизы:
— Вы ведь не оставите меня здесь… правда?
Её рука дрожала, когда она потянулась к ручке приоткрытой двери приюта…
Глава 3: Ловушка
Ветер завывал в пустых окнах здания, словно предупреждая её о том, что за этой дверью её ждёт нечто, что лучше оставить в покое. Но она не могла уйти. Голос Лизы всё ещё звучал в её голове: "Вы ведь не оставите меня здесь… правда?"
Она глубоко вдохнула и толкнула дверь. Она открылась с протяжным скрипом, словно сопротивляясь её решимости. Внутри было темно и холодно. Воздух пах плесенью и сыростью, а вдалеке слышался слабый шорох, будто кто-то двигался по коридору.
Анна включила фонарик на телефоне и осторожно вошла внутрь. Луч света выхватывал из темноты облупившиеся стены, обгоревшие деревянные балки и старую мебель, покрытую толстым слоем пыли. Пол под ногами скрипел при каждом шаге, а тишина была настолько густой, что казалось, будто она давит на уши.
Она прошла по длинному коридору, освещая стены. На них висели всё те же детские рисунки — странные и тревожные. На одном из них был изображён круг из детей, окружавших высокую фигуру женщины с нечёткими чертами лица. На другом — чёрное пятно с глазами, которое будто бы смотрело прямо на неё.